Неистовый маг

В конце ритуала мужчину и демона соединила питающая нить. Именно так демонологи поддерживают иллюзию над демонам, обманывая мир. Теперь монстра не будет тянуть обратно в хаос, а чернокнижник получит столь необходимый контроль.

Линии барьера погасли, и Алекс под испуганный вздох окружающих подошел к Палачу. Тот выглядел удивительно мелким. Даже демонические звери доходили до пояса, здесь же, в лучшем случае, до бедра.

Но Вульфс не обманывался, этот демон был опаснее многих десятков обычных демонических псов.

Земля, хрустела под ногами, трескаясь. Кое-где песок превратился в стекло.

Чернокнижник наклонился и похлопал черный шарик между глаз, будто самого настоящего пса.

Палачу это явно не понравилось, что выразилось в мрачно загоревшихся глазенках и том, как он, вырастив маленькие щупальца, гневно откатился в сторону. Алекс на это лишь хмыкнул. Этого он и добивался, отплатив за «проверку» его сил.

Мужчина обернулся и хмыкнул еще раз. На него с большим внимание пялилась вся компания вместе с самим Цестусом. А за их спинами стояли горожане, нервно сжимая разномастное оружие.

Судя по их бледным лицам, творившееся представление их впечатлило в высшей степени.

И обеспечило не одну ночь кошмаров.

Да и земля вокруг пентаграммы была испещрена разломами и трещинами.

Землянин тяжело вздохнул. Рядом с Портисом стоял бургомистр вместе Магистром. Не было никаких сомнений, что они начнут катить бочку за причинённые неудобства. А неудобства, это новые траты. Лезть в долги совершенно не хотелось.

С другой стороны, чернокнижник, двигаясь к ним, зловеще улыбнулся, в то время как Палач, вырастив множество ножек, пополз за ним.

Вульфс явно добился своей цели. Его сила сегодня выросла в несколько раз.

И уже послезавтра, когда войска будут окончательно подготовлены, у них, с его новым компаньоном, предстоит проверка их сил и умений.

— О милостивые боги, даруйте слуге вашему спасение. Да не коснуться меня клыки их, да не поранят меня когти их, да не…

— Да заткнись ты, святоша! — один из бойцов ударил тупым концом копья в бедро своего сослуживца.

Тот от неожиданной боли взвизгнул, чем заработал смешки и грубые подначки остальных бойцов десятка.

— Нечестивец, как смеешь ты прерывать молитву, честного человека?!

— Честного человека? Слышали, парни.

А Колтун оказывается, честный человек! — из строя раздались злые смешки.

— Слышь, честный человек, а говорят ты к нам подался, когда бабу одну обрюхатил и жениться не захотел.

— А я слышал, он ее снасильничал, и ему ее братья хотели лодочное весло в жопу запихать. Дескать чтобы и он тоже почувствовал, так сказать, каково это. Ну, бабой быть.

— А каким концом? — тут же последовал вопрос и строй взорвался хохотом.