Keeping 13

 — Криками и обзывательствами никому не поможешь…

— Тогда перестань сидеть здесь и сделай что-нибудь, — умоляла я, дрожа так сильно, что казалось, у меня вот-вот начнутся конвульсии. — Ты знаешь, что это неправильно. — У меня перехватило дыхание, и я издала болезненный всхлип. — Ты знаешь, что то, что она сделала, было ужасно, и ты просто позволяешь ей выходить сухой из воды.

— Нет, это не так, — возразил он. — Она знает, что была неправа, не так ли, мама?

Тишина.

— Мам, — настаивал Даррен, теперь его тон был жестче. — Скажи Шэннон, что ты знаешь, что была неправа.

Ничего.

— Мам! — Рявкнул Даррен срывающимся голосом. — Ответь нам.

— Не беспокойся. — Голос Джоуи прорезал каменную тишину, и я обернулась, обнаружив, что он прислонился к дверному косяку, небрежно наблюдая за ситуацией. — Она тебя не слышит, — добавил он бесстрастным тоном. — Потому что она сломлена. — Он посмотрел Даррену прямо в глаза и сказал: — Ты достаточно скоро это поймешь.

— Джо. — Заливаясь слезами, я бросилась к нему и не останавливалась, пока не уткнулась лицом ему в грудь. Его грудь, которая пахла Джонни, потому что он все еще был в своей одежде.

 — Прекрати это.

— Это то, чего ты хотел, Даррен, — сказал Джоуи устрашающе спокойным тоном, обнимая меня за плечи. — Ты хотел, чтобы она была дома, с нами. Одна большая, счастливая семья. — Склонив голову набок, он указал на нашу маму и сказал: — Надеюсь, мы оправдали твои ожидания.

Я наполовину ожидала, что Даррен скажет что-нибудь в свою защиту, но он этого не сделал. Он не сказал ни слова.

Вместо этого он посмотрел на нашу мать, которая уставилась в свою запачканную кофе кружку, и прерывисто вздохнул. Отодвинув стул, он встал и вышел из кухни, даже не оглянувшись.

Через несколько секунд воздух наполнился звуком хлопнувшей входной двери.

Я развела руками и невесело рассмеялась. — Я больше не знаю, чему я удивляюсь.

Тяжело вздохнув, Джоуи отпустил меня и прошел на кухню, направляясь прямо к плите. Я наблюдала, как он молча принялся за работу: налил в кастрюлю воды, а затем высыпал в нее содержимое пакета с макаронами. Поставив кастрюлю на плиту, он включил нагрев и вытяжку над головой.

Закончив, он вытер руки кухонным полотенцем, лежавшим на сушилке, прежде чем повернуться лицом к нашей матери.

 — Вставай и прими душ, — приказал он тоном, лишенным всяких эмоций. — Мне нужно накормить мальчиков, и им не нужно видеть тебя в таком состоянии.

Она вздрогнула, но не двинулась с места.

Как и миллион других раз, когда я наблюдала за развитием событий именно по этому сценарию на протяжении многих лет, Джоуи подошел к столу, вынул сигарету изо рта и затушил ее. Затем он поставил пепельницу и кофейную чашку на сушилку, прежде чем вернуться к ней. — Вставай, — повторил он.