Keeping 13

Ты облажался со своими детьми, и тебе даже наплевать. Ты гребаная зараза и заслуживаешь того, чтобы тебя усыпили, как собаку, которой ты и являешься!

— Пожалуйста, не надо! — В ужасе я зависла у капота машины, слишком боясь подойти ближе. — Джонни, — я продолжала всхлипывать снова и снова, а слезы текли по моим щекам. — Пожалуйста, просто уходи прочь.

— Возвращайся в машину, Шэннон! — скомандовал Джонни.

Мой отец повернулся и посмотрел на меня. — Шэннон…

Чувствуя слабость, я попятилась назад, качая головой, как будто это могло каким-то образом помешать ему заговорить со мной.

— Не смотри на нее, блядь! — Джонни взревел, снова ударив моего отца. — Не смотри на нее, черт возьми!

— Джонни, парень, — позвал Гибси, подбегая к нам. — Тебе нужно уйти…

— Назад, мать твою, Гибс! — Джонни взревел. — Я еще не закончил.

Подняв руки, Гибси кивнул и отступил назад.

— Ударь меня в ответ, гребаный трус! — Джонни зарычал. — Ты так быстро поднимаешь руки на своих детей, черт возьми, попробуй это со мной! Давай, здоровяк, ударь меня. Посмотрим, к чему это тебя приведет!

— Убирайся отсюда, пока я не позвал охрану, — прорычал мой отец.

 — Ты вскочивший придурок.

— И что ты им скажешь? — Джонни рассмеялся ему в лицо. — Ты не можешь прикоснуться ко мне, змея. — Он снова толкнул его. — А ты — маленькие игры разума? Что бы ты ни делал, чтобы залезть ей в голову? На мне это не сработает. — Он покачал головой и усмехнулся. — Я, блядь, пуленепробиваемый.

— Джонни, — выдавила я. — Пожалуйста, просто отвези меня домой…

Джонни вздрогнул, и яростное рычание прорвалось сквозь него. — Вот как это сработает, — прошипел он, ослабляя хватку на рубашке моего отца.

 — Ты сядешь обратно в свою машину и уедешь подальше. Ты будешь соблюдать запретительный порядок и оставишь ее в покое. Ты будешь держаться подальше от дома своей дочери и продолжишь игнорировать ее, а я продолжу заделывать дыры, которые ты в ней проделал. И если ты когда-нибудь прикоснешься к ней снова, я узнаю об этом. Один гребаный синяк, я увижу его и узнаю, кто его туда нанес, — прорычал он, тяжело дыша. — И тогда я приду за тобой, и когда я это сделаю, сам бог тебя не спасет. — Он снова толкнул его.  — Между нами все ясно, ты, ядовитый кусок дерьма?

Мой отец не ответил, и на мгновение я испугалась, что Джонни не уйдет, но он ушел. Неловко повернувшись, он подошел туда, где я съежилась, и протянул руку.

Сделав шаг вперед, я собралась с духом и вложила свою руку в его, чувствуя, как обязательство, которое он предлагал мне, обвивает мое тело, как плющ. Его прикосновение успокоило что-то глубоко внутри меня, уняв ужас, охвативший меня от того, что я снова оказалась в присутствии моего отца.