Невеста Стального принца

Можно было, конечно, соврать и сказать, что королю просто приспичило покувыркаться с симпатичной иномирянкой, ну то есть с симпатичной наиной в кровати. Где вы тут видели иномирянок? Нет, не пробегали. Клянусь хальдагами.

Можно было бы, да только, во-первых, он спас меня от ночи с пенсионером, а значит, я вроде как его должница. А во-вторых, мне самой жутко интересно, что же все-таки произошло с родителями Филиппы.

Перебравшись в кресло, чтобы не смотреть на герцога снизу вверх, я стала резать правду-матку:

— Король рассказал мне о моих родных.

— Что именно? — сощурился Истинный и помрачнел настолько, что в комнате тоже как будто потемнело еще больше.

— А вы на что надеялись? Что он о них и словом не обмолвится и вместо этого мы будем всю ночь играть в шахматы? Нет, мы, конечно, сыграли партию, и я, к своему стыду, проиграла, но…

— Филиппа! — прорычали с соседнего кресла не хуже вейра.

Вот ведь нетерпеливый.

— Рей сказал, что вы убили мою мать, а моего отца доставили на суд еле живым.

— Рей? — вычленил совсем не главное из моего ответа лорд.

— Король, — поправилась я, чтобы не мрачнел еще больше, и, подавшись вперед, бросила: — Скажите, герцог, вам понравилась роль убийцы слабой беззащитной женщины?

Если сейчас кто и походил на каменного, так это Мэдок. Резкие, заострившиеся черты лица, потемневшие до максимальной степени потемнения глаза, желваки, грубо выделяющиеся на скулах.

Сразу видно, что пробрало. Надеюсь, достаточно, что бы де Горт озвучил сиротке-наине свою версию тех давних событий.

— Ты не знаешь, о чем говоришь, Филиппа.

— Ну так объясни мне, что тогда случилось.

Это ведь ты убил ее?

Пару секунд он молчал, а потом сказал на удивление спокойно и ровно:

— У меня не было выбора. Наш отряд спасал обитателей замка, спасал тебя от чудовища, в которое превратилась твоя мать.

Внутри как будто что-то оборвалось, и я глухо прошептала:

— Она не была чудовищем…

— Она была иномирянкой.

— Но это не повод называть ее монстром и убивать!

Я подскочила с кресла и, сжав руки в кулаки, рванулась к Стальному. Кажется, вейр что-то говорил, кажется, просил меня остыть, а может, это внутренний голос убеждал одуматься… Но я сейчас была не в том состоянии, чтобы думать.

В голове шумело от злости на де Горта. Как у него все просто! Пришелица равно чудовище. Простейшее уравнение с единственно верным ответом — убийством иномирного отродья.

— Ты была слишком мала и не помнишь. — Хальдаг тоже поднялся, продолжая сверлить меня мрачным взглядом.

— К счастью! Не помню, как ты лишил жизни девушку, единственной виной которой было родиться в другом мире.