Невинная для Грома

Поэтому я молча направилась в гостиницу, чтобы забрать вещи и сдать ключи от номера.

Мой телефон уже несколько раз пищал входящими сообщениями, но я так и не осмелилась открыть ни одно из них. В голове засела лишь одна мысль, что мне нужно срочно уехать, срочно вернуться домой.

Пусть меня там никто не ждал, мне было куда вернуться. Сначала я хотела наведаться к Кате и все силы бросить на поиски Егора. А когда смогу чем-то помочь, отправлюсь в деревню. Бабушкин дом должен помочь мне пережить то, что сейчас съедало меня изнутри, превращая мою душу в пустоту.

Сидя в поезде, я задремала. Завалившись на своей верхней полке, заснула и проспала до глубокой ночи, пока меня не разбудила трель входящего сообщения. Похлопав глазами, я вспомнила, что еду в поезде, на меня, словно ведро ледяной воды, обрушились воспоминания последних двух дней, которые мне очень хотелось забыть.

На автомате я открыла входящие сообщения, все они были от Ильи:

«Я бы не отказался, чтобы ты приехала и пожалела меня. Я даже постараюсь не уснуть.»

«Ну вот, пообещала приехать, а сама уснула! Сладких снов, малыш!»

«С добрым утром, малыш! Как спалось? Мне вот без тебя было плохо!»

«Ты все еще спишь? У тебя выходной? Жаль, что мне нужно работать!»

«Малыш, ты куда пропала? Почему не отвечаешь? Что-то случилось?»

«Это уже даже не смешно! Аня, ответь мне! Я переживаю!»

«Открой, малыш! Я у твоей двери!»

«Ты брос*ьда мен»я.?» – последнее сообщение было видимо зашифровано.

Но вслед за ним он в очередной раз попытался мне дозвониться и на этот раз записал мне голосовое сообщение. Я видимо мазохист, так как решила его прослушать, воткнув в уши наушники, включила запись.

– Малыш, ты куда пропа-ик-ла? Ты меня, ик, решила бросить? – послышался глубокий вздох. —Я люб-ик-лю тебя, малыш! Правда-ик! – голос его говорил о том, что Илья в стельку пьян. Видимо даже больше, чем тогда, когда явился ко мне в первый раз. Тогда он говорил четко.

Сообщение прервалось резко, я даже стала переживать, не случилось ли с ним что-нибудь. Но, отругав себя, решила, что меня это больше не касается.

«Как он мог писать мне слова любви, желать сладких снов, обнимая в это время другую девушку? Лицемер! Врун! И как я только могла ему верить? Как могла повестись на его лживые речи?» – продолжала я терзать себя.

Разозлившись, удалила с телефона всю нашу переписку и внесла его номер в черный список, надеясь, что так мне станет легче.

Но, легче не стало ни через день, ни через неделю. Сердце болело и плакало вместо меня, оплакивая мою первую глупую любовь.

Вышла из поезда и вдохнула полные легкие родного воздуха. Я не знала, ждет ли кто-то меня здесь, но назад мне точно не хотелось. Нужно было решить сразу несколько проблем. Самая важная из которых, это работа.