Невинная для Грома

Я схватился за горло и вытаращил глаза, боясь даже подумать, что мой голос и в самом деле пропал.

В это время в палату вошел другой врач и сразу принялся проводить осмотр моей ротовой полости.

– Здравствуйте, показывайте, что у вас там. – произнес он, надвигая на глаза круглое зеркало. – Я тоже не вижу здесь воспалительных процессов, связки пересушены. Дайте вашему голосу немного времени восстановиться. В любом случае, вас не выпишут в ближайшие семь дней. А я в это время вас понаблюдаю.

Произнес целую речь ЛОР. Из сказанного я понял только, что лежать мне в больнице нужно будет еще неделю и почему я потерял голос непонятно.

– Больше отдыхайте, поменьше говорите. И никаких новых стрессовых ситуаций. – сказал он на последок, уже подойдя к двери.

Я лишь кивнул, не желая напрягать раздражённое горло. И проводил врача взглядом. Обернулся к маме, глядя как она нахмурилась и расстроилась.

– Что-то случилось? – спросил я шепотом.

– Все хорошо, сынок, не волнуйся. Я просто расстроилась из-за твоего голоса. – ответила мама и пошла к окну, не глядя на меня.

– А где Гарик и Саша? – спросил я все также тихо.

– Они были тут первые сутки, но потом оставили тебя мне. – произнесла мама. – У тебя все в порядке? Про какой стресс говорил врач?

– Все в порядке, мам! Не волнуйся, просто тяжелый график, мало отдыхаю. – ответил я, прикрывая глаза.

Несмотря на то, что я провалялся без сознания столько времени, почему-то снова хотелось спать. В мыслях сразу всплыл образ улыбающейся Ани. Голова снова стала болеть. И прибор над ухом нещадно запищал. Мама, ахнув, выбежала из палаты. Спустя несколько секунд тишины, в палате послышались поспешные шаги.

Я открыл глаза, но много информации, плывшие вокруг образы мне не дали. Я снова заснул. Теперь лабиринта не было. Был темный длинный коридор, а впереди свет. Обернувшись, увидел, что сзади тоже виден свет. Я был в каком-то тоннеле. Я не знал в какую сторону мне идти. Замерев, я прислушался. Справа от меня доносилась тихая музыка, похожая на мою последнюю песню, которую я написал для Ани. А слева тихий голос, и ее смех. Выбирать?

Я, не задумываясь побежал в сторону ее голоса. Но, чем ближе я был к заветному свету, тем тише становился звук, он будто бы отдалялся. А звуки музыки приближались, казались все ближе. Я остановился и снова затих, стараясь не дышать. Теперь справа я слышал голос Ани, а слева звуки музыки. Нахмурился и повернул направо, я стремился быстрее достичь цели, но она снова отдалялась.

Чем больше я стремился к ее голосу, тем быстрее прибегал к звукам моей музыки. Измучавшись и больше не имея сил двигаться, я упал на колени. «Аня!» – крикнул я. Одинокая стройная фигурка девушки показалась, закрывая свет в конце тоннеля. Я обернулся в другую сторону и там тоже увидел ее.