После

– Тесса… я… ты действительно чувствуешь то же, что и я? – спрашивает Хардин, и я киваю.

Как он мог не видеть этого раньше?

– Не кивай, пожалуйста, скажи это, – с отчаянием произносит он.

– Да, Хардин, я тоже чувствую это.

Я не умею красиво и умно говорить, но кажется, ему достаточно этих простых слов.

Улыбка, озарившая лицо Хардина, отчасти облегчает боль, что я чувствую, разбив сердце Ноя.

– Что нам теперь делать? – спрашивает он. – Я в этом деле новичок, – усмехается он.

– Поцелуй меня, – говорю я, и он прижимает меня к груди, сжимая ткань на моей спине.

Губы у него прохладные, а проникший в мой рот язык горяч.

Несмотря на бурю, только что пронесшуюся по моей комнате, я спокойна. Кажется, моя мечта сбылась. Я знаю, что это затишье перед бурей, но сейчас Хардин – мой якорь. Я молюсь лишь о том, чтобы он не утянул меня на дно.

Глава 52

Когда Хардин, наконец, прерывает наш поцелуй и садится на кровать, я усаживаюсь следом. Несколько минут мы молчим, и я уже беспокоюсь, что веду себя как-то не так, как нужно… Но не понимаю, что делать.

– Так, чем ты сегодня собиралась заняться? – спрашивает он.

– Ничем, только позаниматься, – говорю я.

– Прикольно. – Он прищелкивает языком. Кажется, он тоже нервничает, и я рада, что не я одна.

– Иди сюда, – зовет Хардин, протягивая ко мне руки.

В момент, когда я залезаю к нему на колени, дверь открывается, и Хардин раздраженно воет. Стеф, Тристан и Нэт заваливаются в комнату и таращатся на меня. Я спрыгиваю с коленей Хардина и пересаживаюсь на другой край кровати.

– Кажется, вы, ребята, собирались по-дружески перепихнуться? – деловито спрашивает Нэт.

– Нет! – пищу я.

Я не знаю, что ответить, жду, что скажет Хардин.

Он молчит, и Тристан с Нэтом начинают рассказывать о вчерашней вечеринке.

– Кажется, я немного упустил, – говорит Хардин, и Нэт пожимает плечами.

– Да, Молли устроила стриптиз-шоу. Она разделась догола, надо было это видеть, – отвечает Нэт.

Меня передергивает, и я смотрю на Стеф, которая, в свою очередь, смотрит на Тристана, видимо, надеясь, что он не станет обсуждать голую Молли. Хардин улыбается.

– Да чего я там не видел?

У меня перехватывает дыхание, и я пытаюсь скрыть это кашлем. Не надо было ему так говорить.

Хардин мрачнеет, видимо, поняв, что только что сделал.

"

"Может, это ужасное заблуждение, может, ему уже неловко за то, что он ляпнул, и теперь, когда все они находятся в комнате, эта неловкость только возрастает. Почему бы ему не рассказать, что мы встречаемся? Мы же встречаемся? Я сама уже ничего не понимаю. После его признания я так считала, но это еще не было сказано вслух. Может быть, мы друг друга не поняли. Неопределенность сводит меня с ума; когда я была с Ноем, не приходилось постоянно волноваться, что он ко мне чувствует.