Обманчивая тишина

Кто такой этот террорист? Что говорит?

— Очень волнуется, товарищ начальник. Фамилию свою назвал — Михаил Алексеенко. Адрес указал. Сообщников пока не выдает. Говорит, просто попугать ножиком хотел. Мол, по пьяной лавочке.

Мы с Захаряном переглянулись.

— Прием старый, как гора Арарат, — засмеялся Захарян. — Называется «запасная легенда». Попался — будет теперь себя блатным изображать. Как, Каротин, может, посмотрим на него, а?

— Что ж, давай посмотрим. Только я в соседнюю комнату выйду. Из-за двери погляжу.

Спустя десять минут в сопровождении Дениса и двух конвойных в кабинет вошел вертлявый малый в вышитой украинской рубашке со шнурочком у ворота, со щегольской челочкой, закрывающей лоб до самых бровей, и остановился посреди комнаты, переминаясь с ноги на ногу.

— Ай-яй-яй, товарищ Свидерский, — укоризненно сказал Захарян, подымаясь из-за стола. — Не знал я, что ты такой боязливый — двух бойцов прихватил! Скажи, пожалуйста, какого страшного преступника привел. Что он такое натворил? Подумаешь, немножко ножиком поиграл. У нас на Кавказе вот такие мальчишки, — он показал рукой на вершок от пола, — кинжалами играют, и никто не пугается. Можете быть свободны, товарищи бойцы. — Конвойные, четко повернувшись «кругом», вышли, прогрохотав сапогами. — Так, значит, твоя фамилия Алексеенко? Ну, садись, Алексеенко. Курить будешь?

— Я некурящий, — отвечал малый.

— Ты видишь, товарищ Свидерский? Он даже некурящий! Может, и непьющий?

— Но выпиваешь только в хорошей компании? И вчера ночью ты тоже, конечно, выпил в хорошей компании, правильно?

— Нет, вчера я один выпил. Без компании. Так уж получилось. Потому и переложил за воротник. С пьяных глаз и за ножик схватился, пропади он пропадом…

— Подумать только! — Захарян досадливо поцокал языком. — Подумать только, мало у нас важных дел, так, понимаешь, обязательно нам надо еще с этим невинным младенцем возиться! Ну, почему, спрашивается, его к нам привели, этого некурящего и непьющего Алексеенко, а? Почему его, понимаешь, не отвели в отделение милиции?

— Вот и я говорю, — обрадовался Алексеенко, — почему он меня в Гепеу приволок?

— А это он, понимаешь, по привычке. Условный рефлекс. Он у нас работает, вот к нам и тащит.

— У вас… работает?! — У Алексеенко забегали глазки. — Ох ты, мать честная! Да знай я, рази б я согласился…

— На что согласился? — быстро спросил Захарян.

Малый побледнел, на носу его выступила капля пота, он смахнул ее тыльной стороной руки.

— Да нет, это я так, оговорился…

— Ну, дорогой, так не пойдет, — мягко сказал Захарян. — Кто с тобой был?

— Да один я был, — упрямо проговорил Алексеенко, глядя в землю.

— Ну, что ж, — вздохнул Захарян. — Не желаешь правду говорить — твое, понимаешь, дело. Посиди, подумай.

Денис с арестованным ушли.