После расставания. Вернуть Любовь

Васе многого не надо: полежит чуть-чуть и сама засыпает.

– Конечно нет, это, должно быть, был писк мышей, что раздавался на весь дом, – вскакивая с кровати и подходя ко мне, отчего я невольно отступила, прорычал он. – Что случилось по пути сюда? Ты видела бабушку?! – выглядя взволнованным, начал он засыпать меня вопросами.

– Никого я не видела! И я не плакала! – не сдавалась я, продолжая отступать. – Мне нужно одеться, пожалуйста, уйди.

– Почему. Ты. Плакала? – оттесняя меня к стенке, жестко повторил он, выделяя каждое слово и блокируя мне путь к бегству, упершись ладонями в стену по обе стороны от моей головы.

– Потому что я ужасная мать! Доволен?! – пытаясь не кричать из-за дочери, прошипела я сквозь зубы, ударяя его сжатыми кулачками в грудь. – Я подвергла своего ребенка опасности и чуть не потеряла его! Это ты хочешь услышать?!

– Муся…

– Что Муся?! Я знаю этот тон, Глеб! Я знаю, что сделала! Она… Она могла умереть из-за чертовой кошки! Понимаешь ты это?! – вновь начиная плакать, скатилась я обессиленно по стене, сворачиваясь у его ног в комок, и, обнимая свои колени руками, уткнулась в них лицом. Сил просто не осталось, всё происходящее было слишком для моей нервной системы.

– Муся… – простонал он, словно борясь с чем-то неведомым и подхватывая меня на руки.

Не знаю, как мы оказались в его комнате, как позволила ему усадить себя на руки, снять чурбан из полотенца с моей головы и зарыться в свои мокрые спутанные волосы.

– Ты ни в чем не виновата, Муся… – шептал он, обнимая меня и позволяя выплакаться. – Разве ты знала, что подобное случится?

– Нет, но я должна была… – попыталась я возразить.

– Ты оставляла ее без присмотра рядом с кошкой? – продолжал он, не слушая мои возражения.

– Нет, кошки всегда были на балконе, когда мы приходили к Лиде, – шмыгнула я носом. – Но я могла бы быть внимательнее…

– Нельзя уследить за всем, – нежно убрал он волосы с моего лица и, достав из кармана платок, вытер мои слезы. Я всегда удивлялась тому, что в наше время у этого мужчины всегда имелся с собой платок. Сколько раз в прошлом он вот так же вытирал им мои слезы? Сколько раз разгонял моих глупых тараканов?

Почему мой принц из сказки превратился в антигероя для меня? Что в наших отношениях пошло не так?

– Почему, Глеб? – спросила я о том, что просто разрывало мне душу. – Как мы дошли до этого? Мы ведь были так счастливы…

– Потому что ты ушла! – зло бросил он, хватая меня за плечи и расплющивая о свою грудь. – Как ты могла, Маруся?! Ты испортила всё…

– Я или ты, Глеб? – не повышая тона, спросила я, кричать сил уже не осталось. – Я просто хотела счастья! Хотела, чтобы ты был моим на законных основаниях.

– Я и так был твоим!

– Не был.