Остров везения

Я сначала не решался спрашивать, но все же не выдержал:

– Слушай, Пуль, – тяжело вздохнув, спросил я, – ну а тебя на Родину не тянет? Не скучаешь?

– Не скучаю, Трисон, – опустила глаза собака. – Ты, наверное, осудишь меня, скажешь, мол, собака не должна рассуждать, в любой ситуации должна любить хозяина и так далее.

– Я не возьмусь тебя судить, зная твою историю…

– Ничего ты не знаешь, – перебила меня Пулька. – Ничего! Конечно, живя там, за океаном, я терпела и покорно ходила за своим боровом. Ты не представляешь, какие испытания он мне устраивал.

– В смысле? – удивился я. – Нарочно, что ли?

– Ну почему сразу нарочно? Нет, конечно, но они от этого не были мягче. Мой бывший хозяин любил выпить. Собственно, я из-за его пагубной привычки и сейчас сижу здесь перед тобой.

– Помню-помню твою историю, – закивал я.

– Дома из-за его беспробудных пьянок у меня тоже возникали постоянные проблемы, – продолжила свой печальный рассказ собака. – Он по три дня домой не приходил, а я без воды и пищи. Приходит и орет на меня как бешеный, словно я сама к нему жить напросилась.

– Слушай, а как ты к нему попала, если он так к собакам относится? – удивленно спросил я.

– Банально! – фыркнула Пулька. – Он подарил меня своей жене на день рождения, а потом разошелся с ней. Жена отказалась меня забирать, поскольку я его подарок. И все. Так главное, меня хотели у него забрать. Не отдал никому. Изображал из себя благородного рыцаря, дескать, сам буду собачку воспитывать, она мне Лору (так звали его жену) напоминает. На людях все они такие благородные, а по вечерам заставлял меня пиво лакать.

– Ты это серьезно? – я аж привстал от изумления.

– Нет, шучу, – язвительно ответила собака, – конечно, серьезно. Нальет в мою миску, которую неделями, кстати, не мыл, и приказывает: пить! А я понюхаю это пойло, меня воротит от него, в глазах темнеет. Он как пристанет, пей, хоть тресни. Соберусь с духом, глаза зажмурю и начинаю лакать эту гадость.

– Бедная ты моя собачка, – пожалел я Пульку. – Действительно изверг.

– А еще он меня бил, – вздохнула Пулька. – Утром не ведет на прогулку и все. Ну, если такой лентяй, поставь мне лоток, что ли. Так нет же. Ни лотка, ни прогулки. Я начинаю скулить, тявкать. А он то ботинком в меня запустит, то пепельницей. Один раз попал в голову, я думала, и кончусь там на месте. Даже сознание потеряла. Очнулась, лежу в луже крови, а боров мой храпит.

– Трисон, – вдруг в разговор вступила Чанга. – Скажи мне, друг, это ты в эту страну собрался ехать? Или у тебя другая?

– Нет-нет-нет, Чанга! – догадавшись, к чему клонит обезьяна, воскликнула Пулька. – Страна тут ни при чем. У нас, кстати, страны – соседи. Я из Украины. Но все зависит от семьи, куда попадешь. Ты думаешь, здесь на острове все собаки благоденствуют? Как бы не так.