Отмороженный 14.0

Ох, сколько всего мне за эту секундочку послышалось! И чье-то хриплое дыхание, и шелест, потом поскребывание и вздохи. Я уже каких-то только мутантов не нарисовал себе в воображении, но тут включился приглушенный ночной свет. Почему-то с зеленым оттенком.

Глаза привыкли практически сразу. Я рассмотрел клетку, стоящую посередине комнаты. Слишком маленькую для человека, но и вполне объемную, например, для кошки. Почему именно кошки? Не знаю, возможно, два немигающих желтых глаза, которые уставились на меня из-за прутьев именно такую ассоциацию и вызвали.

Тело за глазами я рассмотреть не смог — просто облако концентрированной энергии. Но зато с другого конца этого облачка выходило (или входило) несколько трубок с разноцветными жидкостями. Трубки шли к стальным бидонам с разными этикетками, но с общим знаком повышенной токсичности.

На полу перед клеткой и под трубками светилось несколько пятен. Спереди, видать, наплевал, а сзади просто накапало.

— Ли, сегодня не кормили, — над головой включились невидимые динамики, откуда раздался женский голос. — Так что не лез к ней. Но и убирать толком ничего не нужно. Там трубка течет, завтра только чинить будем.

Слава Мерзлоте, говорили по-английски, а не по-китайски. А с другой стороны, будто бы я без предупреждения полез бы это непонятное нечто погладить. Уже коронным жестом поднял руку вверх и полез копаться в тележке. В идеале бы найти счетчик Гейгера, конечно…

Но пришлось обойтись перчатками и длинной шваброй. Пятна стерлись моментально, впитались в швабру и начали ее разъедать. Зато я понял, зачем было два ведра в тележке. И почему второе выглядело как бочка для ядерных отходов. Еще узнал, что местный пациент может передвигаться по клетке, не меняя положение глаз в пространстве. Они так и горели в центре, а материализовавшаяся из ниоткуда пасть клацнула по решетке. Я не отскочил только потому, что увлекся видом растворяющейся прямо на глазах насадки на швабру.

— Ли, — снова раздался голос, на этот раз с легкой зевотой. — Как здесь закончишь, зайди в третий блок. Вот там сегодня перекормили, боюсь, до утра провозишься. Подожди только минут пятнадцать, данные за сегодня снимем и можно будет приступать.

— Да идите вы в жопу со своими диетами и кормежками… — но вслух я, конечно же, это не сказал.

Вернулся к двери, дождался, пока она откроется, и выкатился куда угодно, только не в сторону третьего блока. Фух, пятнадцать минут…

Я прихватил из тележки запасные перчатки, самые толстые, которые там были. Накинул на пистолет несколько тряпок и ломанулся по коридору, бросив тележку. Проскочил мимо еще где-то десятка однотипных дверей, нашел одну-единственную табличку на перекрестке и узнал, что нахожусь в четвертом блоке.