Отверженная

Ты врешь на ровном месте, Черничка, и я не собираюсь заносить тебе хвосты. — спокойно сказал он, а затем все таки открыл дверь и бросил на прощание: — Приступайте к процедуре.

Отчаянье захватила с головой, но я просто не могла позволить Кириллу выйти из комнаты! Скинув ноги с гинекологического кресла, сделала пару шагов перед, но затем остановилась, вспоминая, что без белья. Бегать голой по коридору не лучший вариант.

— Ты не можешь так поступить со мной. Не можешь! Это слишком даже для такого урода, как ты, Шакалов!

— Вернись на место и не заставляй действовать по грязному.

 — все еще не поворачиваясь, сквозь зубы выплюнул Шакалов.

— Ты ведь просто убьешь этого ребенка, черт тебя дери! — голос срывался на истерику, из горла вырывался до смех, то рыдания, но я просто не могла остановится. Шакалов игнорировал меня, не смотрел в глаза. По этому я дернула подстилку с кресла и обмотавшись ею, подбежала к мужчине и дернула его за рукав. Он не стал противится, а просто повернулся, посмотрев на меня пустым, холодным взглядом.

И тогда я поняла. Он прятал свой взгляд, не потому, что было стыдно, жалко или сомнительно, нет… Кирилл просто не хотел, чтобы я видела, как ему безразлично.

— Согласна, тебе не должно быть дела до меня. Но, ребенок… Твой ребенок. Тебе плевать? Хочешь увеличить шансы убить его "случайно"? — с ужасом предположила я, пытаясь разглядеть в черных глубинах хоть что-то. Да хотя бы ненависть, лишь бы равнодушие!

— Ты сама собиралась делать аборт, Черничка. Не делай из меня идиота. У тебя стоит запись в клинике "Радость" на чистку и восстановление девственности на эти выходные. Думала, я просто отпущу тебя сейчас и позволю делать все, что хочешь? — мужчина ткнул меня пальцем в грудь и электрический разряд прошелся по всему телу.

 — Ты смотришь на меня так, словно я самый ужасный человек на твоем пути. Возможно, это и так. Но… как давно ты смотрела в зеркало?

Я сделала шаг назад, пытаясь внять то, что говорит мужчина. Но в голову не пришло ничего лучше, чем:

— Я понятия не имею, о чем ты говоришь. Проверь все еще раз. Запись делала точно не я.

— Это уже не важно. Я говорил с твоим парнем, Владом. — равнодушно пронял Шакалов, поглядывая куда-то мне за спину. — Он понятия не имеет, от того ты залетела.

Но, почему-то, не удивлен. Он устал выслушивать рассказы о твоих похождениях от Инги.

Я открыла рот, чтобы что-то ответить, но тут же ощутила укол в руку. Болезненный, но не настолько, как слова мужчины. Влад, Инга, Кирилл — это было уже не так важно, как то, что я могла потерять. Сознание начало медленно уплывать, но я успела коснуться рукой живота и тихо взмолиться, чтобы с ребенком все было хорошо.

Я могла бы выдержать и больше проблем, лишь бы он жил. Только бы жил!

— Жизнь странная штука, Шакалов.