Отверженная

— Ваш заказ… — осторожно кашлянув за спиной, вторгся в нашу "беседу" официант. Я тут же дернулась назад, с диким предвкушением желая оказаться как можно дальше от этого мужчины, но Шакалов словно специально углубил поцелуй, заставляя покраснеть от головы до пят. — Вы можете только слегка подвинуться, чтобы я мог поставить…

Шакалов не дал договорить парню, резко отстранился, выпрямляя спину. Он ловко достал из кармана крупную купюру, бросая ее на стол со скучающим видом:

— Девушке еще принесите какой-то свежий суп и первое. Все, что захочет. Но если она отравиться или ей не понравится — закрою к чертям всю вашу сеть.

Если не притрониться к еде — уволю тебя лично без выходного пособия.

Кирилл поднялся с места, расправил пиджак и взял из рук ошалевшего парня свой кофе, отхлебнул пару раз и поморщившись, всучил обратно. Он уже развернулся, сделал пару шагов к выходу, как резко развернулся и на ходу доставая что-то из портфеля, обратился ко мне:

— Ты должна надеть это сегодня вечером. Остальное привезут к тебе на квартиру. В семь приедет стилист и визажист. В восемь приедет твой водитель за вещами.

Будь готова. — мужчина протянул мне бархатную синюю коробку и строго просмотрев в глаза, отчеканил: — Это семейное, бесценное украшение. Надеюсь, посыл понятен?

Шакалов ушел, оставляя меня один на один с подарком. Кажется, официант что-то спрашивал, но я отмахнулась от него, соглашаясь со всем предложенным.

Осторожно сев на место, еще раз взглянула на телевизор, где совсем недавно молодая ведущая со стойким спокойствием рассказывала, как отец моего ребенка расчленил Коронова. Сомнений, что виновен он не было.

Чисто инстинктивно, я отодвинула поставленные парнем на стол чай с пирогом и придвинула коробку. Мягкий, ароматизированный, дорогой бархат. Большая, как для колье, коробка не помещалась на ладони, когда я крутила я, пытаясь изучить каждый изгиб и найти подвох.

— Пожалуйста, ваш заказ. — вернул меня к реальности официант, поставив перед носом крем-суп и тушеное в соусе мясо с картошкой в панировке. Вырванная из глубоких размышлений, я вздрогнула и уставилась на парня. Видимо, он понял мою реакцию неправильно, потому что нахмурился и торопливо протараторил: — Господин, который был с вами, дал указания владельцу: если вы не притронетесь к еде — меня уволят.

У меня нет права о чем-то просить вас, но деньги мне нужны… Так что, если вас не затруднит…

Тяжко сглотнув, я искоса посмотрела на целую тучу еды на столе и не сдержалась от вездесущей жалости, что б ее:

— Не пережуйте, все будет хорошо.

Парень робко мне улыбнулся и тут же скрылся с поля зрения, едва не сбив спиной соседний стол.