После развода. Первая жена

Но она уже поняла, что Арсений по какой-то причине стремится дать адвокату минимум информации. А он протянул руку Борису:

- Ну, бывай.

Тот с чувством ее пожал.

- Удачи тебе, Арс. Созвонимся еще. Ни за что не беспокойся, я буду держать тебя в курсе.

***

Когда вертолет поднялся и пошел над морем, Арсений некоторое время провожал его взглядом. А после проговорил:

- Аня. Я никогда не спал с Мариной. Клянусь тебе.

Потом перевел взгляд на Владимира, стоявшего чуть поодаль, и едва заметно кивнул. Ей не показалось, между ними точно произошел какой-то немой разговор.

- Ты ничего не хочешь мне сказать? – спросила она.

Он повернулся к ней. Темно-синие в черноту глаза горели изнутри, как у зверя.

- Мы возвращаемся, - сказал. – Через три дня. Но об этом никто не должен знать. Поняла?

На одно короткое мгновение ей стало не по себе. Потому что она вдруг поняла кое-что о человеке, который ее муж, раз уж так распорядилась судьба. Он же постоянно на взводе, его действия кажутся неадекватными, порой лишенными логики и жестокими.

Но нет, логика в его действиях была, глубоко спрятанная, ибо он скрытен, недоверчив и непредсказуем как зверь. И как зверь жесток. Можно было бы сказать, что он параноик, у него крыша едет на этой почве. Но Аня жила в том доме и видела сама, что это не придурь. Он действительно окружен врагами, и его жизнь непрерывная война.

Стоят ли большие деньги того?

Глупый вопрос. Люди одержимы жаждой богатства и власти, на все пойдут ради этой своей мечты. Убить, предать – кто станет заморачиваться такими мелочами, когда на кону огромные бабки?! Сорви куш – а дальше будет только «долго и счастливо».

Но есть такой маленький смешной нюанс. Ни у кого не будет потом «долго и счастливо». Потому что это чудовищная ловушка, мясорубка, из которой невозможно выбраться. И да, большие бабки меняют человека, от них в душе не остается ничего человеческого. Как правило. Но тут был нюанс.

Тот мужчина, что своими руками смастерил душ из пластиковой фляги, и жил с ней в шалаше на пляже, немного не вписывался в это правило.

«Мы возвращаемся через три дня, но об этом никто не должен знать».

Получалось, что сейчас об этих планах Демидова знали только она и ее телохранитель Владимир?

Все это пронеслось в голове мгновенно.

Аня кивнула:

- Да, я поняла.

Муж некоторое время смотрел на нее и хмурился каким-то своим мыслям, потом легко провел кончиками пальцев по ее щеке:

- Спасибо.

И мотнул Владимиру головой:

- Проводи.

- А ты? – спросила Аня.

- Я приду, - он забрал обе ее ладони в одну свою и смотрел в глаза. - Как только. Сразу.

Это значило – не спрашивай? То есть, он выдал ей верхушку айсберга, а остальное, что он собирался делать, под темной водой.

- Но ты мне все расскажешь, - сказала она.

И это был не вопрос.