Перри Мейсон: Дело о рисковой вдове. Дело о сумочке вымогательницы

Свет от затененной абажуром лампы падал на его побелевшее лицо и отражался от открытых остекленевших глаз, смотревших в никуда. Блестели и переливались бриллианты на его правой руке, левая рука находилась под столом, вне поля зрения.

Мейсон резко развернулся к приемной. Сильвия Оксман как раз шагнула в коридор.

– Сильвия! – резко крикнул он.

Она дернулась, услышав его голос, и неуверенно замерла на пороге, затем повернулась и посмотрела на него горящими темными глазами, в которых плескались эмоции.

– Подойдите сюда, – приказал Мейсон.

– Кто вы такой? – спросила она. – Что вы хотите? Как вы смеете так со мной разговаривать и…

Мейсон в три прыжка оказался рядом с ней и сжал сильными пальцами ее левую руку чуть выше локтя.

– Взгляните, – приказал он.

Мгновение она колебалась, потом попробовала высвободиться. Мейсон быстро ее развернул и подтолкнул к открытой двери в кабинет. Она в негодовании повернулась к нему.

Сильвия Оксман резко запнулась при виде навалившейся на стол фигуры, потом открыла рот, готовясь закричать. Мейсон зажал его ладонью.

– Поосторожнее, – предупредил он.

Адвокат подождал, пока женщина немного придет в себя, затем опустил руку и спросил:

– Сколько времени вы сидели в приемной до моего прихода?

– Минуту или две, – ответила она тихим, едва слышным голосом, потом резко вдохнула воздух. Она смотрела на него безумными испуганными глазами, потом как завороженная снова повернулась к письменному столу, словно ее туда тянула какая-то невидимая сила, сопротивляться которой она не могла.

– Вы можете это доказать?

– Что вы имеете в виду?

– Кто-то видел, как вы сюда заходили?

– Не знаю. Не думаю, что кто-то видел. Не могу сказать… Кто… кто вы такой? Я и раньше вас здесь видела. Вы знаете, как меня зовут.

Мейсон кивнул и представился:

– Моя фамилия Мейсон. Я адвокат. А теперь прекратите это представление. Или это сделали вы, или…

Он запнулся, когда его взгляд остановился на нескольких продолговатых листах бумаги, лежавших на ежедневнике. Он протянул руку и осторожно поднял их.

– Мои долговые расписки! – Сильвия Оксман чуть не задохнулась от волнения. – Я пришла, чтобы за них заплатить.

– Семь с половиной тысяч долларов. Правильно? – спросил Мейсон.

– Вы хотели передать Грибу деньги за них?

– Именно поэтому вы сюда приехали сегодня вечером?

– Хорошо, давайте взглянем на деньги, – с мрачным видом предложил Мейсон.

– Хватит тянуть время! На семь с половиной тысяч баксов, которые вы собирались отдать Грибу в обмен на долговые расписки.

– С какой стати мне их вам показывать?

Мейсон потянулся к ее сумочке. Сильвия отпрыгнула назад, глядя на него широко раскрытыми испуганными глазами. Он не успел схватить сумочку.