Перстень Ивана Грозного

 — Я одинокая, внешне вроде ничего, — она быстро взглянула на капитана и поправила волосы, — зачем рисковать?

— Ну да, в том самом смысле, чтобы мне своего мужчину не показывать…

Она сделала выразительную паузу, чтобы капитан понял и прочувствовал ее слова.

— Я Лену ничуть не виню — сама бы так поступила на ее месте. Зачем же знакомить мужчину с одинокой подругой? Зачем вводить в соблазн? Ну, не то что бы она со мной вовсе порвала — иногда звонила, такая радостная, видно было, что все у них хорошо.

Рассказывала, как в Грецию с ним ездила, как хорошо они там отдохнули. Но встречаться — ни-ни! Держала меня на безопасном расстоянии. А потом вдруг… приехала, даже без звонка, так я ее прямо не узнала. Бледная, руки дрожат… я ее выспрашивать не стала, думаю — захочет, сама расскажет…

— Это правильно! — одобрил такую линию Лебедкин. Он сам предпочитал строить опрос свидетелей, пользуясь только наводящими вопросами, чтобы они сами рассказывали ему все, что знают. Но эта что-то все ходит вокруг да около.

Сложное устройство оказалось кофеваркой, которая заурчала, запыхтела и выдала порцию кофе.

— Вы извините, сахар в доме не держу, — сказала Лютикова извиняющимся тоном.

— Ничего. — Лебедкин очень постарался, чтобы в голосе его не прозвучало раздражение.

Вечно они на диете, вечно они худеют, оттого и в доме ничего нету. Но, с другой стороны, он же не в гости к ней пришел, а по делу. Как говорится, лопай, что дают.

От горького кофе свело желудок.

— Но она, Елена, первый раз ничего не рассказала, единственное — как же, говорит, обманчива бывает внешность! Потом снова приехала, и еще, и начала уже говорить — что очень в нем ошиблась, что он до того ревнивый, что просто сил нет, и что боится она его. Я спрашиваю — а что, есть к кому ревновать? Нет, говорит, в том-то и дело, что не к кому, а он все равно ревнует…

Так тянулось какое-то время, а потом она снова приезжает — все, говорит, все кончено, мы с ним разъехались. На этот раз уже окончательно и бесповоротно.

— А что — выходит, раньше они с ним вместе жили? — уточнил Лебедкин.

— Да, вместе, у нее в квартире. А тут — все, выставила его чемодан и замки поменяла. Нет, говорит, больше сил его выносить! Руку на нее поднял. И ладно бы еще и правда изменяла она ему. А так — вообще ни за что!

Ирина сделала паузу, вздохнула и продолжила:

— Стали мы снова с ней общаться, как прежде — старые подруги все-таки. Привыкли общаться, делиться своим, девичьим. А потом она с Глебом познакомилась.