Перстень Ивана Грозного

Наконец, вдвоем они с немалым трудом сдвинули его с места и оттащили в сторону.

И на том месте, где только что стоял холодильник, в стене обнаружилась небольшая дверь.

— Ты смотри! — оживился Лебедкин. — А ведь ты оказалась права!

— Кто бы сомневался! — фыркнула Дуся.

Дверь была заперта, но Лебедкин при помощи своей замечательной отмычки справился с замком и открыл дверь.

За ней обнаружилась крутая лестница, уходящая вниз, в темноту подвала.

— Я первый! — снова заявил Лебедкин.

Дуся спорить с ним не стала и вслед за напарником спустилась в подвал.

Подвал оказался сухим и довольно теплым. Конечно, в нем было темно, но Лебедкин, посветив по сторонам фонариком, нашел выключатель, щелкнул кнопкой, и под низким потолком вспыхнул люминесцентный светильник.

— Вот это да! — воскликнула Дуся. — Я такое раньше только в кино видела!

Вся стена подвала напротив лестницы была покрыта фотографиями молодых женщин. Напарники узнали среди них Марию Колыванову и Елену Синицкую, чьи фотографии были в их делах. Еще две женщины были, по-видимому, покойными женами Александра — Татьяной Вороновой и Александрой Веретенниковой, но здесь было еще несколько незнакомых лиц.

Фотографии были сделаны на улице или в кафе, в парке и в городской толпе, некоторые девушки явно позировали, другие не подозревали, что их фотографируют…

— Так это, выходит, сколько же женщин он убил? — ахнул Лебедкин, разглядывая фотографии. — Мы и про половину не знаем! Ужас какой! Настоящий маньяк! А ты, Дуся, меня еще отговаривала — дескать, везде мне маньяки мерещатся.

— Да уж, — вздохнула Дуся, — прямо иконостас какой-то!

Перед стеной с фотографиями стояли сгоревшие до половины свечи, еще там был небольшой сундучок.

— Настоящий алтарь! — проговорил Лебедкин. — Правда, только в кино про маньяков такое увидишь… Ну, наверно, он тоже кино про маньяков любит.

Внутри были сложены странные и на первый взгляд случайные предметы — синяя кожаная перчатка, розовый шарфик, тюбик губной помады, блестящая брошка со стразами, серебряное колечко, еще какие-то мелочи.

— Что это? — удивленно проговорил Лебедкин. — Ерунда какая-то… дребедень…

— Ты же сам сказал — это его алтарь, а в сундучке — трофеи. Соберись, Петька! Научись думать, как преступник! Наверняка у каждой своей жертвы он брал что-то на память и складывал в этот сундучок…

— Выходит, сколько здесь вещей — столько женщин он убил! — Лебедкин перебирал сувениры маньяка.

— Посмотри-ка, — позвала его Дуся. — Видишь, на многих снимках есть даты. Вот эти фотографии сделаны совсем недавно, позже Синицкой. Значит, сейчас он готовит убийство еще одной женщины!

— Мы должны его остановить!

— И как же мы его остановим? Где мы его будем искать?

— Ну, можно здесь устроить засаду.