Пламя и кровь. Кровь драконов

Вермитор опустился на мраморную площадь у Звездной септы, Среброкрылый же, заставив всех ахнуть, сел на верхушку Высокой Башни и заколебал крыльями огонь знаменитого маяка.

Их величества прилетели на погребение верховного септона, но к тому времени его святейшество уже схоронили в крипте под храмом. Джейехерис тем не менее произнес надгробную речь, обращаясь к собравшейся на площади несметной толпе септонов, мейстеров и простых горожан. Под конец он объявил, что останется с королевой в Староместе еще на некоторое время, дабы испросить благословения нового отца Веры.

«Горожане радовались, – писал архимейстер Гудвин, – мейстеры важно кивали, септоны переглядывались, думая о драконах».

Королевская чета разместилась в личных покоях лорда Доннела на самом верху башни, откуда был виден весь город. Мы не знаем в точности, что происходило между гостями и хозяином дома, ибо на их беседах даже мейстеры не присутствовали. Много позже король, однако, посвятил в суть дела септона Барта, и тот записал для истории следующее.

Род Хайтауэров был древен, могуч, богат, горд и весьма многочислен.

Издавна повелось, что младшие сыновья, кузены и бастарды этого дома шли в служители Веры и нередко достигали высоких постов. В то время у лорда Доннела состояли в септонах брат, два племянника и шесть кузенов, причем брат, один племянник и два кузена носили парчовые одеяния Праведных. Естественно, что лорд Доннел желал, чтобы верховным септоном стал кто-то из них.

Джейехерису не было дела до того, из какого дома будет происходить святейший отец; король не возражал и против низкого звания, лишь бы новый пастырь придерживался доктрины особости и вопрос о родственных браках между Таргариенами никогда больше не поднимался.

Джейехерис желал, чтобы эта доктрина была принята Звездной септой как официальный догмат, однако благочестивые родичи лорда Доннела на сей предмет пока не высказывались.

После долгих переговоров согласие было достигнуто и скреплено пиром, где лорд Доннел, восхваляя мудрость короля, знакомил его со своими братьями, дядями и прочей родней.

Между Праведными, которые уже собрались на выборы, без чьего-либо ведома затесались агенты короля и лорда Хайтауэра. Голосовать полагалось четыре раза; на первом круге, как и ожидалось, победил Маттеус, однако голосов для кристальной короны ему все-таки недостало. Затем он начал отставать, и его опередили другие.

В четвертый раз Праведные вопреки традиции выбрали не одного из своих, а престарелого септона Альфина, странствовавшего по Простору в носилках.