Пламя и кровь. Кровь драконов

Мальчик, столь же крепкий, как его братья, в точности походил на них как цветом глаз и волос, так и лицом, которое при дворе втихомолку называли «простецким». Зеленые свято верили, что сыновья у Рейениры не от мужа, а от телохранителя сира Харвина. Гриб пишет об этом прямо, великий мейстер Меллос намекает, Евстахий упоминает о сплетнях лишь затем, чтобы их опровергнуть.

Правдивы или нет были эти слухи, наследницей престола все так же оставалась принцесса, а затем трон должен был перейти к ее детям. По приказу короля каждому мальчику положили в колыбель драконье яйцо.

Недоброжелатели Рейениры предсказывали, что яйца ни за что не проклюнутся, однако из всех трех вывелись дракончики, получившие имена Вермакс, Арракс и Тираксес. Септон Евстахий рассказывает, что король, сидя на Железном Троне, однажды взял к себе на колени Джака и сказал: «Когда-нибудь здесь будешь сидеть ты, мальчуган».

Частые роды плохо сказались на Рейенире: она сильно располнела в свои двадцать лет, и девичья ее красота ушла в прошлое. Это, если верить Грибу, лишь усугубило ее нелюбовь к мачехе, которая на пороге тридцати оставалась стройной и грациозной.

Мудрые говорят, что грехи отцов часто падают на детей; то же можно сказать и о грехах матерей. Вражда между принцессой и королевой перешла по наследству к их сыновьям. Трое Таргариенов с раннего детства ненавидели Веларионов за то, что те украли Железный Трон, их законное достояние. Все шестеро встречались на пирах, балах и забавах, постигали воинскую науку у одного мастера над оружием, учились у одного мейстера, но это их не сближало, а лишь усиливало их взаимную неприязнь.

Рейенира, окончательно рассорившись с мачехой, все больше привязывалась к своей новой тетке Лейене.

Благодаря соседству двух островов она часто бывала на Дрифтмарке, а Дейемон с Лейеной у нее на Драконьем Камне. Их драконы тоже сдружились, и принцессина Сиракс делала кладку за кладкой. В 118 году Рейенира с благословения короля помолвила двух своих старших мальчиков с дочками Лейены и Дейемона. Джакайерису было четыре года, Люцерису три, девочкам по два. Еще через год принцесса полетела на Дрифтмарк, чтобы помочь Лейене при ее новых родах.

Шел третий день проклятого 120 года, прозванного годом Красной Весны. Промучившись сутки, Лейена подарила Дейемону желанного сына, но мальчик родился уродцем и час спустя умер. Обессиленная родами и горем мать пережила его ненадолго. Молодой мейстер Дрифтмарка ничего не мог поделать с начавшейся родильной горячкой; Дейемон полетел на Драконий Камень за более старым и опытным мейстером Герардисом, но помощь, увы, опоздала. Через три дня леди Лейена, двадцати семи лет, рассталась с жизнью.