Пламя и цветок

Обменявшись взглядом с Хэзер и решив, что она благополучно пережила бурю, слуга поднес стакан хозяину и поспешил удалиться.

Брэндон выпил содержимое стакана одним глотком и вновь улегся на край ванны. Хэзер приготовила ему полотенце и одежду, а затем подошла к ванне, чтобы помочь мужу. Некоторое время она стояла молча, держа в руках мыло и мочалку. По лбу Брэндона катился пот. Он лежал с закрытыми глазами, положив руки на края ванны, и выглядел совершенно удовлетворенным. Желая прервать его блаженство, Хэзер погрузила мыло и мочалку в воду. Брэндон открыл один глаз и уставился на нее.

Вода и пот катились по его лицу, исчезая в бороде, но он не делал попыток вытереться. Он смотрел на Хэзер так, словно что-то припоминал, и Хэзер постепенно теряла уверенность, особенно после того, как Брэндон открыл второй глаз.

Наконец Брэндон сел в ванне, и Хэзер вновь подошла к нему. Увидев, что она берет мыло, Брэндон вскипел.

— Убирайся отсюда, ведьма! — взревел он. — Убирайся с глаз моих долой! Я вымоюсь сам и как-нибудь обойдусь без царапин на спине!

От неожиданности Хэзер выронила мыло и поспешно отошла. Она направилась к двери.

— Куда это ты отправилась в таком виде? — насмешливо спросил он.

Хэзер совсем забыла, что ее платье расстегнуто, но решила не сдаваться и гордо вскинула подбородок.

— Я попрошу Джорджа застегнуть мне платье, — сообщила она и вышла, не дожидаясь дальнейших проклятий, полетевших ей вслед. В это время по коридору проходила одна из горничных, и Хэзер попросила ее помочь.

Наступила суббота. На постоялом дворе было тихо, нижний зал пустовал. Хэзер заняла привычный столик и заказала чай. Не успела она перемолвиться и парой слов с женой хозяина, как в зал вошел Брэндон и устроился рядом.

Только после того, как им подали еду и жена хозяина удалилась, Брэндон приглушенно заговорил:

— Мадам, предлагаю вам впредь как следует подумать, прежде чем что-либо сделать — если, конечно, не хотите, чтобы я вас отшлепал.

Хэзер подняла на мужа невинные глаза, притворяясь, что ничего не понимает.

— В чем дело, дорогой? Вы хотите наказать жену, которая носит вашего ребенка?

Брэндон стиснул челюсти.

— Хэзер, — предостерегающе пробормотал он, — не зли меня. Ты же видишь, мне не до шуток.

Хэзер с трудом проглотила кусок и уставилась в тарелку. Одного подергивания мускула на щеке мужа было достаточно, чтобы лишиться остатков смелости. Она вновь струсила.

Только вечером, когда они ложились спать, Брэндон заметил разорванную рубашку Хэзер, поддел ее пальцем и нахмурился. Проследив, как Хэзер забирается под одеяло в нижней кофточке, Брэндон задул свечу, разделся в темноте и долго лежал, глядя в потолок. Наконец он повернулся и увидел, что Хэзер лежит на боку, спиной к нему, отодвинувшись на самый край.