Пламя и цветок

— Черта с два не станет! Твоя репутация восстановлена, ты получила мое имя, но если он считает неразумным отдавать тебя мне, то воспользуется любым предлогом, чтобы разлучить нас и упрятать меня в тюрьму. Так что если ты хочешь, чтобы у нашего ребенка был отец, не давай лорду Хэмптону такой возможности.

— Я и не собиралась, — шепотом ответила Хэзер.

— Можешь не притворяться, — возразил он.

— Боже мой, ну почему меня угораздило встретиться с вами?! — прошипела Хэзер, стараясь вырваться из его рук. — Вы… вы отвратительны!

Брэндон тихо рассмеялся, опрокидывая ее на подушку.

— Многие женщины не согласились бы с тобой, дорогая!

— Негодяй! — еле слышно выпалила Хэзер. — Грубиян, невежа, бесчестный насильник, осквернитель женщин! О, как я вас ненавижу!

Брэндон пригвоздил ее к подушке, угрожая раздавить своим весом, и молча сжал так, что у Хэзер хрустнули кости.

— Поосторожнее, красавица, если не хочешь пострадать. Заткнуть тебе рот я смогу запросто, и это не доставит мне неудобства.

Хэзер резко вздохнула от боли, думая, что сейчас не выдержит тисков его грубых рук. Она ощущала, как дрожат ее ноги, и понимала, что почти не одета.

Ночная рубашка была слабым утешением — она сбилась, и теперь грудь Хэзер была открыта, прижатая к груди Брэндона. В его намерениях Хэзер не сомневалась.

— Прошу вас, не надо, — выдохнула она, — я буду молчать. Мне больно!

От его усмешки дрожь прошла по телу Хэзер. Внезапно он выпустил ее, и она упала на подушку.

— Спи. Я не стану трогать тебя.

Трясущимися пальцами Хэзер подтянула одеяло к подбородку и свернулась на боку. Луна ярко освещала комнату, и Хэзер видела, что Брэндон с открытыми глазами лежит на спине, подложив руки под голову и глядя в потолок.

Даже в полутьме Хэзер разглядела, как подрагивает в гневе его щека.

— Где вы живете? — неожиданно спросила она. Брэндон тяжело вздохнул.

— В Чарльстоне, штат Каролина.

— Там красивые места?

— Для меня — да. Но тебе там может не понравиться, — сдержанно отозвался он.

Хэзер не решилась продолжать расспросы о его доме — ее неожиданная смелость иссякла.

Холодный ветер из открытой балконной двери разбудил ее перед рассветом. Проснувшись, она никак не могла вспомнить, где находится, но вскоре узнала мужчину, к которому прижалась, чтобы согреться.

Во сне она положила левую руку поперек его груди, на черные жесткие волосы, а щекой прижалась к его плечу. Брэндон крепко спал, повернувшись к ней лицом.

Не двигаясь из боязни разбудить его, Хэзер принялась разглядывать его лицо — прямые, плотно сжатые губы, теперь чуть расслабленные во сне, длинные темные ресницы.

«Он хорош собой, — подумала она. — Неплохо, если сын будет похож на него».