Пламя и цветок

Значит, он сердился не из-за щетки, может, из-за прошлой ночи?

Внизу, в зале, их с поклоном встретил Джордж. Он поздоровался, придвинул Хэзер стул и, перемолвившись несколькими словами с хозяином, ушел прочь. Хэзер взглядом проводила его до двери. Слегка нахмурившись, она размышляла, сколько слуг ее мужа уже знают, что она прежде побывала на борту «Флитвуда» и о том, что случилось впоследствии. Должно быть, Джордж был посвящен во все дела своего хозяина.

Каким бы кратким ни было беспокойное выражение на ее лице, оно не ускользнуло от внимания Брэндона.

— Не бойся Джорджа, Хэзер, — заверил ее Брэндон.

 — Он — верный слуга. Он уже знает, что ты не уличная женщина, и сожалеет о том, что навлек на тебя неприятности. Может, ты и не согласишься с этим, но он совсем не глуп. В тот день, убирая каюту, он заметил следы твоей невинности на простыне и все понял.

Хэзер была готова провалиться сквозь землю от стыда. Она понимала, что после этого уже никогда не сможет смотреть слуге в лицо. Со сдавленным восклицанием она закрыла горящее лицо ладонями.

— Незачем так тревожиться, дорогая, — беспечно заметил Брэндон, усмехаясь краем губ.

 — И совершенно нечего стыдиться. Многие женщины хотели бы оказаться такими же невинными, впервые оставшись с мужьями. Мужчинам нравится сознавать, что их никто не опередил.

— Значит, вы тоже были довольны? — спросила Хэзер, вскинув голову. Брэндон рассмеялся, и этот смешок привел ее в бешенство.

— Я ничем не отличаюсь от других мужчин, детка. Да, я был доволен. Но помнишь, как я был потрясен, когда узнал? Конечно, я мог бы сдержаться и попросить прощения, если бы ты намекнула мне, что пришла ко мне не по своей воле.

Но боюсь, ты слишком сильно вскружила мне голову, — добавил он с оттенком вины.

— Какая разница? — с горечью спросила Хэзер. — Даже тогда говорить об этом было уже поздно.

Брэндон усмехнулся, окинув ее взглядом.

— Не совсем так, дорогая. В таком случае сейчас тебе не пришлось бы вынашивать моего ребенка. Я позаботился бы о том, чтобы ты не забеременела. Но я ничего не подозревал, семя дало жизнь ребенку, а я был обречен на поругание. Твои дядя и тетя ясно дали мне понять, что этот ребенок — от меня.

— Конечно, я могла солгать, сказав, что не беременна, — храбро ответила Хэзер, желая хотя бы на минуту поубавить ему спеси.

Она вздернула нос и встретилась с Брэндоном взглядом.

— Но не солгала, — уверенно ответил он без малейшего колебания.

— У вас нет никаких доказательств… — начала Хэзер.

— В самом деле? — Он насмешливо приподнял бровь. Хэзер поняла, что обречена на полное и окончательное поражение.

— Ты забываешь, дорогая, — напомнил он, — что я видел тебя без единой нитки во время первой встречи и сейчас вижу, как округлился твой живот.