Попаданка для Лунного Императора

Кхм, а Ортимус Диаруский – это у нас кто?

– Вы решили это до нашего поцелуя или после – из ревности?

– Теания, – шикнул на меня император, скосив недовольный взгляд. – Ты зазнаёшься. Ничего не было.

– Разумеется, ваше величество. Я вас поняла, – пообещала я.

Делегация дошла и остановилась перед нами, склонившись в низких поклонах. А вот глава делегации согнулся не низко, а скорее так, чтобы не оскорбить императора, я бы сказала – на грани приличий. Тряхнул своей златокудрой головой и выпрямился. А глаза у него оказались карими – тёплый оттенок, с искорками радости и доброты. Эх, ну чисто первый парень на деревне!

– Мы с супругой рады приветствовать делегацию из Санморина, – обратился к нему император. – И счастливы, что именно вы её возглавляете, мьен Ортимус.

О, так это от него мне следует держаться подальше? Нет, ну логика в этом вето есть, если жена императора ветреная особа, а посол такой красавец. Какому монарху захочется ловить свою жену в постели главы делегации соседней страны и признавать собственную несостоятельность?

Хотя в моём случае императору бояться нечего. Признаться честно, мне никогда особо не нравились такие, как Диаруский. Да, большой, да, сильный, да – красивый. Тяжёлый квадратный подбородок с едва заметной рыжей щетиной, прямой нос, высокие скулы, большие карие глаза.

За таким как за каменной стеной.

Но если смотреть на Лейарда… Он мне нравится больше. Высокий, жилистый, с изящными длинными пальцами, поверх которых сейчас лежит моя рука. И лицо… острые, но не грубые черты, светлые глаза, которые режут словно лезвия, и при этом колкий язык. Пожалуй, Владыка хорош. Очень даже. Я бы сказала – слишком. Может, я всё-таки сплю?

Ущипнула себя, что тут же заметил этот Диаруский. Проследил за моим движением с такой маниакальностью, что я заёрзала на троне. Надо бы сюда подушечку принести дополнительную. А то чувствую много мне придётся ёрзать.

– Благодарю за гостеприимство, ваше императорское величество, – отозвался Ортимус. – Красоты Мунграда поражают, а грандиозные мозаичные полотна вызывают благоговейный трепет.

– Они повествуют об истории, – кивнул правитель. – В том числе истории Аверлада и Санморина. Наши империи тесно связаны.

– Вы правы, император, – согласился Диаруский и подал знак своему человеку, но при этом не сводил взгляд с тронов, – и для меня великая честь быть частью истории наших двух империй.

Делегация расступилась, и мужчина в светло-голубом балахоне вышел вперёд, держа в руках металлический ларец с необычным замком – множество сфер, расположенных друг в друге. Ортимус повернулся к ларцу и дотронулся пальцами до верхней сферы – теперь они стали открываться, и с характерным щелчком крышка откинулась назад, а зал залил свет.