Последний шанс (СИ)

И я очень боюсь повторения недавней панической атаки. потому что как ей противостоять в сложившихся условиях не представляя. Морозов ведь не один, с ним его будущий тесть.

Мужчины заходят в кабинет, это я понимаю по шагам, потому что обернуться не нахожу в себе мужества. Как будто совершила какое-то преступление. Я его не совершала, конечно, если разобраться. О том, что Морозов собирается жениться я узнала уже после того, как оказалась с ним в одной постели.

Нужно обернуться. Нужно. При этом выглядеть надо совершенно спокойной. Просто поздороваться.

Альберт Давидович поднимается со своего кресла навстречу вошедшим.

Вдохновленная его примером, я тоже поворачиваю голову. В лицо Морозову не смотрю. Это выше моих сил. Ничего не хочу там видеть. Да и есть ли там что-то для меня?

-Здравствуйте! - выдавливаю из себя. Радует то, что голос звучит не мяуканьем придушенной кошки.

-Здравствуйте! - отвечает Морозов, роняя это слово с барского плеча.

Затем он переключается на Каца.

-Вы заняты, Альберт Давидович? Я хотел бы привлечь вас к нашей беседе, - несколькими словами Морозов дает понять, что они пришли по очень важному вопросу.

Я всё также не смотрю на Савву. А вот с Джозефом мы встречаемся глазами. И... лучше бы этого не происходило. От его взгляда меня швыряет как будто о бетонный пол. Сердце из горла ухает в пятки. Почему Джозеф Шифф так на меня смотрит? А он действительно смотрит. Мужчина моложе, чем я себя представляла. Лет пятьдесят. Вряд ли больше. Высокий, крепкий, никакого живота. Черты лица правильные. Он привлекательный. Его дочери есть в кого быть красавицей. Но вот глаза у него... Светлые, голубые. Неприятные, будто царапающие кожу. От такого взгляда хочется укрыться. Или он знает?! Фотографии?! Кто-то что-то рассказал?!

Липкий холодный пот бежит по моей спине. Ни за что на свете я бы не хотела привлечь внимание такого человека, как этот. А тем более перейти ему дорогу.

Потом сознание цепляется за спасительную мысль - ни у кого нет никаких доказательств моей связи с Саввой. И, глядя в глаза стоящему неподалеку мужчине, я понимаю, что мне нужно врать так, как будто я сама верю в эту ложь. Потому что если он заподозрит правду, то просто сотрет меня с лица земли.

Неприязнь, вот что он излучает, разглядывая меня, как какое-то насекомое.

И мне становится страшно.

Подавляю порыв взглянуть на Савву, ища поддержки. Что-то подсказывает - я ее не найду.

Положение спасает Кац. Опять.

-Алевтина Станиславовна, вы свободны. Я свяжусь с Сапрыкиным. Ступайте, - говорит Альберт Давидович.

Я благодарно киваю и ухожу, стараясь не сорваться на бег.

Чей-то взгляд жжет мне спину. Но я не хочу знать, чей. Морозов свой выбор сделал. Мне же остается только одно - попытаться уцелеть.

Остаток дня чувствую себя абсолютно потерянной.