Последний ученик да Винчи

 — Вы являетесь ко мне в дом, вы не гнушаетесь ничем, даже обманом! Вам, журналистам, непременно нужно все разнюхать, все разузнать и сразу же все выболтать, вывалить на страницы газет и проорать по телевидению. Ради информации вы готовы родного отца продать!

— Мой отец тут совершенно ни при чем, — процедила Маша, прикидывая, как будет смотреться Старыгин, если она опрокинет ему на голову остатки пиццы.

— И ваш дед тоже? — саркастически осведомился Дмитрий Алексеевич, не подозревая, в какой опасности находится в данный момент. — Это не он подарил вам пентагондодекаэдр, не он говорил что-то о четырех семерках, не он оставил вам дневник? Маша, отчего вы все время чего-то не договариваете? Отчего не доверяете мне?

— Это мой дед! Мой, понимаете? Я хочу сама разобраться с его наследием!

— А это моя судьба! Это меня подозревают в краже мирового шедевра из Эрмитажа! Это мне нет ходу назад в Россию, если я не найду «Мадонну Литта»! Я знаю, что она здесь! Ведь мы видели ее голографическое изображение!

— А вот кстати, — Маша отставила пустую тарелку, — все не было времени вас расспросить.

Вы уверены, что это не вас видел охранник в Эрмитаже в полвторого ночи? И вы не прятались за лошадью в Рыцарском зале?

— Совершенно точно уверен, что не был за этой лошадью с того самого вечера, когда спрятался там мальчишкой, — ответил Старыгин.

 — Я той ночью спал дома.

— Но подтвердить это может только кот Василий…

— В общем, да, — грустно согласился Старыгин. — Ну что, надо отсюда выбираться. Позвоню Антонио, он что-нибудь придумает… Что опять не так?

— В Папский дом я не поеду, — твердо ответила Маша, — и на виллу вашего приятеля тоже. Если они нашли нас в Папском доме, то там-то отыщут без труда! Незачем тогда было выбираться из подземелья, просто сидели бы там и ждали.

— Но нам нельзя в гостиницу… Нас вычислят мгновенно!

— Можно, — Маша показала на надпись напротив, — вряд ли в этой дыре есть компьютер, куда заносятся данные постояльцев.

В крошечном холле захудалого отеля было полутемно. Маша потрясла допотопный звонок, вышел заспанный портье.

— Номер на двоих. Душ у вас есть?

Портье протер глаза и окинул Машу наглым взглядом, потом спросил что-то по-итальянски.

— Кажется, у них тут почасовая оплата, — криво улыбнувшись, сообщил Старыгин, — похоже, в этом отеле не ночуют…

— Ваши паспорта! — пробурчал портье.

— Такой паспорт подойдет? — Маша сунула портье лишнюю бумажку в сто евро.

— О, конечно! — портье оживился, взгляд его потеплел, он с удовольствием разгладил купюру. — На этой фотографии вы замечательно выглядите, синьорина!

В номере было сыро и пахло плесенью. К тому же в номере оказалась одна кровать, которая занимала почти всю комнату, даже на шкаф места не осталось.