Поцелуй врага

– Хватит, Коваль. Ты ей уже делаешь больно, – вмешивается другой голос.

– Я бы вообще ее прибил, – рычит враг.

Второе мужское лицо склоняется ко мне. Его я вижу впервые.

– Пить сможешь? – Я не узнаю свой голос, глухое мычание кажется чужим. – Ясно. Едем.

Взмываю в воздух и безвольно повисаю в мужских руках.

– Я тебя придушу, злючка! – враг зло шепчет на ухо. – Возьму двумя руками за тонкую шейку и придушу, только выживи.

Я должна испугаться, но не чувствую страха, вообще ничего не получается ощутить, лишь головокружение, картинки слишком быстро сменяются перед взором.

– Придержи голову, не хватало, чтоб она язык проглотила, – дает совет все тот же голос.

Воздуха не хватает до жжения в легких.

Свинцовая голова то падает на грудь, то запрокидывается до хруста в шее. Оборотень несколько раз чуть подбрасывает мое обездвиженное тело, пока затылком не упираюсь в сгиб его руки. Так определенно лучше.

Пересекаю небольшой дворик, затылком ощущая пристальный взгляд женщины. Мы обменялись номерами телефонов, пообещав позвонить друг другу, если станет что-то известно о судьбе Яны.

Любовь Михайловна оказалась не из болтливых, больше расспрашивала сама и после каждого вопроса заставляла обещать, что я буду поддерживать связь.

А мне хватило и той скудной информации, чтобы несколько минут смотреть в никуда. Прожигать взглядом серебристые лучи эмблемы автомобиля на руле.

Если до визита к матери Яны моя охота за злючкой выглядела забавой, над которой бы все дружно посмеялись, то сейчас она превратилась в реальную проблему стаи. Я обязан идти к Альфе. И если бы знать его реакцию на признание, что моя пара – дочь изгнанного волка. Оборотня, заключившего в свое время союз со Светлыми вампирами, убившего этим союзом двоих наших…

Хочется рычать, выть, драть когтями и крушить все вокруг, но разве поможет?

И я не знаю, что будет сложнее: убедить Лео принять Яну в стаю или доказать дочери, безотчетно любящей своего отца, что тот беспринципная, жестокая и лживая тварь.

В очередной раз хочется поклониться в ноги Селене и выразить восхищение ее божественному чувству юмора.

Исключительному! Образцовому!

Совершаю свой полюбившийся ежевечерний ритуал, эдакий променад по злачным местам нашего города перед сном: объезжаю клубы, в надежде встретить злючку. Теперь все бармены – мои лучшие друзья. Многие качают отрицательно головой, заметив меня еще на входе. Напоследок оставляю «Прайд», вероятность, что Яна появится в заведении Морозова, приближена к нулю, но я тут, и я ищу. Неторопливо обхожу зал, втягивая запахи и всматриваясь в лица.

Будний день, столы заняты через один, на танцполе несколько девиц лениво извиваются в танце.