Проклятый род

– Но я могу передать часть энергии по нашей связи, – встрепенулась я, вспомнив, что уже пыталась это делать.

– Нет! – резко пресек оборотень. – Это твой жизненный резерв. Ты не должна его тратить!

– Почему? В отличие от вашего, мой после сна восполняется.

– Это не обсуждается, – вставая, проговорил блондин, – сна мало, нужна еще и еда, а здесь ее нет. Поэтому хватит терять время, нам нужно искать границу барьера.

Легкая рябь, и серебристый зверь скользнул к выходу. Следом за ним вышел Шерриссар, неся меня на руках, прикрывая крыльями от ледяного ветра…

Не знаю, как долго уже продолжается это безумие, но ледяному аду нет конца и края.

Из-за отсутствия смены дня и ночи невозможно понять, сколько времени мы идем по этой замороженной пустыне. Кругом только снег, снег и снег… И я его уже ненавижу! А еще я ненавижу холод, пробирающий до костей, и проклятый ветер, уносящий последние крупицы тепла из обессиленных тел моих хранителей.

Несмотря на их протест, я постоянно отдавала свою энергию, сколько могла, выжимая себя до капли и проваливаясь в глубокий сон. Но этого было мало, очень мало! Пустошь высасывала ее, словно ненасытное животное, оставляя лишь крохотные крупицы.

С каждым разом сон длился все дольше, а сил восполнялось все меньше. Первым начал сдавать Сайенар. Серебристый оборотень шатался от усталости, оставляя позади себя кровавые следы из раненых лап. На регенерацию просто не хватало энергии.

Шерриссар тоже был не в лучшей форме. Его кожа приобрела землисто-пепельный оттенок, температура тела понижалась. Движения стали более медленными и заторможенными. Холод пустоши гасил пламенное сердце демона.

Он все это время так и нес меня на руках, не позволяя касаться босыми ногами заснеженной земли.

Я не могла дотянуться до Нэйлара и Риссана. Барьер глушил нашу связь. Несколько раз разговаривала с темным лордом, и то только потому, что эмиссар являлся сильнейшим менталистом империи.

Эссин был в ярости! Меня долго ругали, грозя всеми карами мира. Оказывается, гибель всего двух хранителей меня не убьёт, а только сильно ослабит, и моя жизнь не стоит подобных жертв. Он требовал прекратить тратить впустую силы и добираться одной.

– Скажи, Кирран, что случится с другими хранителями, если умрет связанная? – задала я свой самый главный вопрос, подходя к лорду и, не обращая внимания на его гнев, впервые глядя на эссина без страха. – Только ответь честно, я все равно узнаю правду.

– Ничего, – глухо ответил он, – будет очень больно и пусто, но это не принесет нам смерти. – Затем схватил меня за плечи и, сильно встряхнув, прошипел: – Не с-с-смей!!! – черные глаза прочертил вертикальный зрачок.