Проклятый род

Черные брови, длинные густые ресницы, тонкие губы в капризной усмешке. Широкие массивные плечи перекатывались буграми мышц. Глаза пока оставались прежними – багровые отблески пламени. Но и они постепенно затухали, превращаясь в темные гранаты. Не было больше в них безумия и потустороннего голода, только море изумления и растерянности.

Оглянувшись, существо заметило лежащую девушку. Капли крови еще сочились из разорванного запястья. Его ноздри втянули знакомый аромат, оставшийся сладким привкусом на губах. Чуткие уши уловили едва заметное дыхание – она умирала.

– Глупая маленькая госпожа! – с улыбкой пророкотал красавец, нагибаясь и беря безвольное тело на руки. Высота палатки не позволяла ему выпрямиться во весь немаленький рост. Поэтому, недолго думая, мужчина разорвал полог своими острыми крыльями и, прижимая к себе драгоценную ношу, взмыл вверх.

Полет был недолгим. Но и этого хватило, чтобы удалиться от живых на значительное расстояние. Заметив небольшую поляну, бывший ввер снизился и осторожно положил девушку на землю. Опустившись на колени, он с благоговением стал рассматривать бледные черты своей спасительницы.

– Госпожа! Я так долго тебя ждал, – прошептал вампир, закрыв глаза. – Целую вечность.

Кто бы мог подумать! Такая юная, хрупкая девочка, не вступившая даже в пору созревания, смогла вырвать обреченную на вечные страдания темную душу из плена смерти. Глупый детеныш белых драконов, пожалевший безумного ввера.

– Ты не пожалеешь об этом, малышка! – прошептал мужчина, улыбаясь. – Я буду твоей тенью, твоим четвертым хранителем. Я помогу тебе стать самой сильной лайферри, когда-либо рожденной в этом мире.

Открыв глаза, обнаженный красавец еще раз посмотрел на неподвижное тело и со словами: «Прости, маленькая, так надо», впился острыми клыками в беззащитное горло жертвы. Этого хватило, чтобы ослабевшее сердце остановилось. И только тогда крылатый отстранился. Не теряя времени, он надкусил свое запястье и, набрав пару глотков в рот, прижался своими губами к губам мертвой девушки. Убедившись, что его кровь хоть и насильно, но попала внутрь, вампир удовлетворенно хмыкнул. Затем разорвал одежду, прикрывающую незрелую грудь.

Рана на его запястье уже закрылась. Поэтому мужчина вновь полоснул по ней клыками, а затем, пока регенерация не началась, вонзил кровоточащую руку с отросшими когтями прямо в сердце юной госпожи. Ощутив теплый, упругий комочек плоти в руке, бережно сжал его, орошая своей кровью, запуская тем самым цепную реакцию. Почувствовав первый толчок, облегченно вздохнул и быстро вытащил ладонь, позволяя открытой ране затянуться.