Проклятый род

Сайенар, мой нежный хранитель. Мягкая, теплая улыбка. Хитрый прищур фиолетовых глаз. Заботливое прикосновение сильных рук, ласковое «мой котенок».

– Нет, – прошептали губы.

– Не отдам, – заплакало сердце.

– Мой, – подсказала душа. – Не отпущу!!! Не могу!!! Не верю!!!

Подняв голову к небу, глядя на холодное сияние луны, я молила, прося только об одном:

– Верните! Все что угодно, только не забирайте частичку моей души. Пожалуйста! Пожалуйста! Прошу! – Но меня никто не слышал. Холодное, чужое небо осталось равнодушно к моим слезам. И тогда я почувствовала ярость.

– Так просто сдаешься, – прошептала я, опуская взгляд и проводя рукой по серебристому мягкому меху.

 – Ты клялся, что не оставишь меня. Ни в этой жизни, ни после смерти. – Рука наткнулась на обломок торчащей стрелы. Выдернула, и откуда только силы взялись. – Ты сказал, что твоя жизнь принадлежит мне. Разве я тебя отпускала? – еще три стрелы полетели прочь. – Ты обещал заботиться обо мне и беречь, – продолжая говорить, я гладила шкуру лежащего оборотня и вытаскивала стрелы с серебряными наконечниками. – И я тебе поверила! Тогда почему? Почему, Сайенар, ты ушел за грань, оставив меня и своих людей? Вернис-сь! Слышишь, хранитель, вернис-сь! Это приказ! – вскричала я, прижавшись лицом к мертвой морде со стеклянными глазами…

Сначала закололо в кончиках пальцев.

Затем мои руки засветились белым мягким светом. Постепенно свет перекинулся на тело неподвижно лежащего зверя. Я почувствовала завихрение сил, сплетающихся в яркий, бело-серебристый сгусток.

«У тебя есть один дар, принцесса, – раздался в голове голос верховного жреца. – Ты готова его использовать?»

«Да, готова!» – без промедления ответила я, понимая, о чем идет речь.

«Не пожалеешь? Этот дар может пригодиться самой».

«Нет! – улыбнулась я, сильнее прижимаясь к оборотню. – Не пожалею!»

«Твое право. Твой выбор. Будет больно!»

– Потерплю! Не в первый и не в последний раз, – ответила я, вновь утыкаясь лицом в еще теплый мех, чувствуя, как завихрения сил начинают сплетаться в прочную серебристо-белую нить. Завершив свой танец, один из ее концов вошел в остывающее тело хранителя, другой раскаленным прутом прошил мое сердце. Действительно, было очень, очень больно!!! А как по-другому?! Рождение всегда болезненно.

Это и был дар жреца – Дар жизни.

Почувствовав, как содрогнулось под руками могучее тело зверя, я радостно улыбнулась и прошептала:

– С возвращением, Сай.

А затем спокойно позволила себе провалиться в спасительную темноту, успев подумать о том, что я еще ни разу не засыпала в этом мире нормальным человеческим сном.

Проснулась оттого, что солнечный свет настойчиво пробивался сквозь сомкнутые веки. Потянулась. События минувшей ночи вспышкой пронеслись в голове.