Прокурор с Эльтона

Юноша с прозрачными волосами присвистнул:

— Вау, ты такая красотка в этом купальнике!

В ответ Шарлен натянуто улыбнулась и, обогнув достаточно высокого и крупного собеседника, бросилась к воде. Её пугало, сколько времени она вынужденно проводила с Лилуа-ларом за последние недели, собственно, как и то, что она перестала воспринимать этого октопотроида как угрозу. Умом она понимала, что это проклятые миттарские гены привязывают её к молодому человеку, но на деле сопротивляться возникающей симпатии было очень сложно.

Ей довелось с ним купаться в бассейне уже не раз и не два, а у миттаров на уровне физиологии заложено, что если плаваешь с кем-то регулярно, то начинаешь ему доверять и даже привязываешься.

В переводе с древнемиттарского это дословно означает «делить воду». В любой вязкой среде всё происходит медленнее, чем на воздухе, а миттары более уязвимы. Они не носят плотной одежды, которую принято надевать на поверхности, плотность населения и живых существ ниже, расстояния воспринимаются по-другому, а границы личного пространства значительно шире. Таким образом, если кто-то достаточное количество времени проводит в нём, то интуитивно воспринимается подсознанием и организмом как «свой».

Даже с точки зрения добычи питания эта физиологическая и психологическая особенность оправдана. Когда-то очень давно вод водой выживали лишь те миттары, которые охотились парами: один или одна расставляла сети, второй загонял косяки рыб. Эволюция — та ещё стерва. Она отбраковывает, отсеивает, оставляет лишь лучших из лучших и поколение за поколением закладывает какие-то странные вещи в инстинкты. Как правило, тот, кто учит плавать миттара впервые, пользуется абсолютным доверием у ребёнка.

Именно поэтому на планете её отца детей учат плавать только родители и только в самом раннем возрасте. Ленни мысленно поблагодарила отца за ту малость, которую он ей подарил.

Сейчас, глядя, как Лилуа-лар практически без брызг нырнул в воду вслед за ней и перемещается вдоль бассейна широкими уверенными гребками, Ленни поймала себя на том, что ей сложно отвести от него взгляд. Капельки воды завораживающе блестели на внушительных плечах, резко очерченные мышцы спины сокращались при каждом гребке. У юноши, в отличие от его отца, было вполне гуманоидное тело и интересная, хотя и очень необычная внешность: тёмно-серые, как асфальт, глаза, такие же серые брови и волосы, отражающие и одновременно пропускающие свет через себя.

Парень сделал ещё один мощный гребок, из-за чего над поверхностью воды на миг показалась внутренняя сторона предплечья со следами от редуцированных присосок. Шарлен вздрогнула, вспомнив, кто отец Лилуа-лара, и мысленно дала себе затрещину, запрещая даже смотреть в сторону того, кто плавает рядом.