Прокурор с Эльтона

Опять же, в отличие от Эльтона, где всем по барабану, сотней мальчиков больше, сотней меньше…

— В любом случае, если твоему брату не нравится на Пиксе, он мог бы покинуть планету, как сделал это ты.

— Не у всех есть возможность. Когда у меня такая появилась — я улетел. У Дена её не было. Ему с детства подобрали маатшинай.

Я напрягся, пытаясь припомнить слово… Бен неоднократно говорил, что оно значит, но у меня упорно вылетало из головы. Невеста, невеста… Та, которая думает, выходить ей замуж или нет? Ах, нет, это же нелита[1].

— Что-то вроде невесты, от которой нельзя отказаться, — вздохнул помощник, разглядев в мимике моего лица попытку вспомнить, о чём идёт речь. — Его маатшинай в приступе ярости сломала ему рог и посчитала, что всё в порядке. Мы рождены от отца-цварга, и, к сожалению, ни одна пиксиянка не представляет себе уровень боли даже при крошечной трещинке в кончике рога.

Я поморщился, так как сам это прекрасно представлял. В Академии мне довелось прожить с Киаром Леру в одной каюте десять лет, и я в курсе, что рога для цваргов — это не только повод для гордости и орган, способный воспринимать эмоции других существ, но самое уязвимое место в одном флаконе. Однажды в дружеском спарринге мне случайно довелось задеть хвостом его рог. В итоге на своих же плечах нёс стонущую тушу до медицинского блока.

— Так ты взял кредиты на лечение брата? — переспросил устало.

— Да. — Бен кивнул. — Чтобы его транспортировали на Миттарию и в кратчайшие сроки без очереди восстановили рог в лучшей клинике. Поглощение колебаний у него и так не особенно работало, но, по крайней мере, миттары умудрились обезболить и зарастить травму так, чтобы он не рехнулся от головной боли.

— Почему же не на Пиксе, если медицинская помощь требовалась экстренно? Это было бы и быстрее, и стоило бы в разы меньше…

Васко открыл рот, чтобы ответить, но его прервал вновь раздавшийся вызов на моём браслете-коммуникаторе. Принял. Снова в аудио-формате.

— Какой этаж у твоего помощника?

— Это если наземный этаж считать нулевым? — Ехидство в голосе Алессы мог не услышать разве что глухой.

— А лифт какой? Правый или левый? Они же наверняка в разные крылья здания ведут.

— Никакая я тебе не дорогая!

— Так, — сказал я, выключая связь и вновь возвращаясь к Бену. — У меня мало времени, давай на оставшиеся вопросы быстро и по делу.

Помощник сидел в кресле и удивлённо взирал на меня.

— Так левый же лифт, Эр. Почему ты соврал?

— Я скажу, что имел в виду не с её стороны, а со своей. — Пожал плечами. Не объяснять же, что в сложившейся заварушке подозреваю даже собственную жену. — Кстати, вспомни, кто тебе звонил и впервые предлагал кругленькую сумму за то, чтобы я взглянул на дело Камиля Росси. Это точно была не эта девушка?

Бен отрицательно покачал головой.