Прокурор с Эльтона

Пока полумиттарка искала уязвимости, само собой, она посмотрела на общие алгоритмы и была приятно удивлена нестандартным методам распознавания образов, оптимизированным циклам, параллельной обработке данных, переиспользованию памяти без лишней фрагментации дисков. Подсознательная часть Ленни понимала, что она занимается программой для радаров. Но мало ли таких программ. Да и это современная тенденция, что консалтинговые компании перекупают код у чисто ИТ-шных, дописывают, улучшают, шлифуют и перепродают…

Тестовое задание её ничуточки не напрягло — такое объёмное программное обеспечение воровать и разворачивать на собственных серверах без ведома разработчика сложно.

Опять же, не стала бы приличная фирма, которая может обустроить офис на космическом корабле, брать чужой код без оплаты, а значит, всё законно. Однако, когда она услышала фамилию создателя программы, озарение пришло дурацкой вспышкой молнии.

— Ах, да вот же он! — пробормотала Ленни, мысленно давая себе оплеуху. «Шварх, какая же я непроходимая идиотка! Как можно было тупить так долго?!»

Теперь она проклинала все те решения, которые ещё совсем недавно казались ей правильными.

Она сама собственноручно устроила исчезновение, облегчив работу октопотроидам, оставила всю старую технику, по которой её можно было отследить, и даже именного чипа при себе не имела — только бублики. И офис на космическом корабле, с которого не сбежать! Ирония судьбы, не иначе, но Шарлен отрезала себя от внешнего мира и понятия не имела, как вернуться на Ион. Она пробовала отпроситься у руководства вернуться в «Борхус Прима Ресорт», чтобы якобы забрать личные вещи, на что её спросили их стоимость и в тот же день перевели компенсацию за неудобства.

— Шарлен, ты выглядишь задумчивой. Всё в порядке?

Из очередных размышлений её вывел голос Лилуа-лара. Молодой человек опёрся бедром на её стол, засунув руки в карманы, и внимательно смотрел на её лицо. Как и все остальные октопотроиды на корабле, он говорил с ней на миттарском вместо общегалактического, и Ленни приходилось напрягать все извилины, чтобы понимать речь.

К сожалению, языки давались ей сложно. Последние шесть лет она прожила на Ионе вместе с Эриком, и миттарский ей не требовался.

— Я сказал, что ты выглядишь очень красивой, когда задумываешься. А ещё у тебя такие развитые жабры.

Масляный взгляд парня прошёлся по её шее, а затем скользнул в декольте. Ленни поправила волосы так, чтобы скрыть жабры, и мысленно прокляла Таниту с её стараниями.