Профессия: ведьма

Сколько мы с Роларом ни прислушивались, продолжения не последовало, даже ветки не зашуршали.

– Нет, а ты? – По Догеве я знала, что застать вампиров врасплох практически невозможно, они издалека чуют приближение любого живого существа, будь то зверь, человек или другой вампир, причем безошибочно их различают.

Ролар покачал головой:

– Повелителя не может засечь даже Страж Границы, пока не увидит. В кустах был какой-то зверь, но теперь ушел, так что предлагаю перекусить и лечь спать, а я покараулю.

– Я могу поставить магическую защиту.

– Поставь обязательно. Но перестраховка не помешает, а для сна мне хватит двух-трех часов.

Как, кстати, эта твоя защита действует? Она не обернется против меня, если посреди ночи мне приспичит в кустики?

– Нет, даже если тебя проберет жесточайшее расстройство, и ты будешь бегать туда-сюда ежеминутно. Все, кто находился на поляне в момент установки, считаются “своими”. Если же черту переступит чужак, его ударит по ногам, отбросит назад и раздастся громкий звук.

– Какой именно?

Я неопределенно пожала плечами:

– Чаще всего – нецензурный. Но может быть просто удар о землю."

"– Веселенькое же нас ожидает пробуждение, – усмехнулся Ролар, – особенно если разбойники бросятся в атаку одновременно.

Я все-таки покараулю, а перед рассветом схожу на разведку. И, если все будет спокойно, немного посплю.

Я понимала его опасения. Вампиры спят очень крепко – как мертвые, в прямом смысле слова – легко перепутать. Ролару понадобится не меньше трех минут, чтобы прийти в себя, а до тех пор оборону придется держать нам с Орсаной. Возможно, этим и воспользовались разбойники, напавшие на посольство глухой ночью, иначе шесть вампиров во главе с Лёном без труда положили бы всю банду, даже будь в ней не двадцать, а тридцать человек.

.. скорее всего, человек, с горечью подумала я. Правда, разбойничьих трупов я не видела, что очень странно, – ведь они утверждали, будто потеряли семерых. Может, успели закопать? Времени у них было не так уж много, два часа от силы. Скорее всего, просто оттащили в кусты и закидали ветками, но зачем? Боялись, что их кто-то опознает?

Додумать мне помешала Орсана, которой вампир предложил два кладня за “один малюсенький глоток, в лечебных целях”, а получил пощечину.

Наемница как раз переплетала косу и теперь, разгневанная, встрепанная, сама здорово смахивающая на упырицу, громко требовала прекратить “знущання над честной дивчиной”, а не менее возмущенный Ролар саркастически интересовался, с каких это пор укус за деньги считается неприличным предложением. Не смутили их даже внезапно пропавшие голоса, несколько минут они успешно переругивались знаками, но потом опомнились и недоуменно уставились на меня.

– Не расколдую, пока не помиритесь, – устало сказала я.