Профессия: ведьма

– Вольха, что ты там бродишь?

– Собаки, Вель. – Я стояла сбоку от приоткрытого окна, чтобы в случае чего наотмашь полоснуть незваного гостя, пренебрегшего дверью. – Ты слышишь? Во всем селе воют собаки.

– Ну и что? – сонно пробормотала травница. – Они часто шум подымают, чуть где стукнет – накрывай голову подушкой…

– На обычный стук они бы просто лаяли. Псы воют на нежить, Велька."

"Подруга подошла к окну, немножко послушала и, зевнув, сонно привалилась к моему плечу.

– Вольха, это у тебя профессиональное. Пошли спать, здесь нет никакой нежити.

Сегодня полнолуние, собаки просто воспользовались поводом продрать глотки.

Я не ответила. Песьи голоса звучали хрипло и приглушенно, как будто из глубин будок или из-под крылец, откуда луной не полюбуешься. Осторожно вытянув меч из ножен, я подтолкнула оконную створку острым кончиком. Та охотно качнулась вперед-назад, и мне на мгновение почудились желтые немигающие глаза в тростнике, черной гривастой стеной колышущемся напротив избушки. Этот пес не выл. Я вообще пока не слышала от него ни единого звука.

– Что ты делаешь? Ой… – Велька открыла глаза и увидела у себя перед носом тускло поблескивающее лезвие.

– Ставлю защитный контур. – Подняв меч острием вверх, я свободной рукой начертала пару знаков.

– Не валяй дурака! – Подруга попыталась подцепить меня под локоть и уволочь от окна, но я раздраженно вырвалась.

– Вель, ну я же не плюю к тебе в зелья? Не мешай мне работать!

Подруга махнула рукой и вернулась в постель. Собаки тоже помаленьку успокоились. Что бы там ни было, оно обошло село стороной, иначе в одном его конце стояла бы мертвая тишина, а в другом – коллективная песья истерика.

В отличие от волков собаки панически боялись ночных тварей и выли на них только издали.

Тихонько приоткрыв дверь, я вышла во двор и присела на крылечке, положив меч на колени. Больше для очистки совести пустила парочку поисковых импульсов и смущенно кашлянула, обнаружив, что в соседском саду превосходно обходятся без Велькиных любистоков.

Ладно, посидим, подышим свежим воздухом. Отпуск как-никак.

И дождалась – перед самым рассветом все повторилось, но в обратном порядке.

Сначала невесть с чего заголосили собаки, потом снова взревело и бухнуло, пустив эхо по воде. Меч ощутимо нагрелся, клеймо в основании лезвия замерцало и медленно угасло.

На месте старосты я бы не экономила на магах.

* * *Уснуть я смогла только с восходом солнца, когда в духовищенских курятниках поочередно заорали петухи, сорвалась на ежеутренний облет крикливая грачиная стая, а на улице заскрипели тележные колеса.