Профессия: ведьма

Кощей головой качает:

– Никого не надо, и сам дома посиди – вызнай, коли сможешь, как злодей в терем проник, нет ли где подкопа за оградой. На дружину снаряженную басурмане только озлятся, отряд же супротив орды, буде что, все равно не выстоит. Один поеду. Вот только Василису с собой прихвачу – пускай хан видит, что я кольцо не ради виду на палец вздел.

А я на Кощея с ночи злая, никак в толк не возьму, за что он на меня ополчился – огурца пожалел, что ли?

– Ты же, – говорю, – давеча вдоветь надумал, а теперь жена сызнова понадобилась, басурманина главного задабривать? Не поеду, не заставишь!

– Тебя заставлять – себе дороже, – отвечает Кощей, из-за стола вставая.

 – Потом сраму не оберусь, коль при басурманах и мне шиш сложишь. Сиди дома, воля твоя.

Дался ему этот шиш!

Ушел Кощей, стряпуха на меня ворчит:

– Пошто Костюшу обидела? Не брал он прежде жен к басурманам, а за тебя, видать, беспокоится, как бы не случилось чего, пока он в отъезде.

– Или похвастаться решил, какая у него жена молодая да красивая! – упираюсь я, а самой лестно, да и на басурман живых поглядеть хочется.

Распахнула я окошко, смотрю – Кощей уже на коня вскочил, поводья подбирает. Не поспею спуститься, один уедет! Перегнулась я через подоконник, крикнула вдогонку:

– Стой, погоди, я передумала! При басурманах, так и быть, ничего складывать не буду!

Услыхал Кощей, вытянул Пашу плеткой вдоль зада лощеного, осерчал конь-огонь, скакнул до самого оконца, я только пискнуть и успела, как супруг меня, чисто морковку из гряды, из терема выдернул и к себе на колени пристроил.

Конь бежит – земля дрожит, из камней искры высекает, реки с маху перелетает, хвостом следы заметает, ворчит недовольно сквозь узду железную:

– Вше-то шебе, хожаин, жуки жажпушкать, я пы и так допрыгнул…

Кощей перед конем извиняться не спешит, посмеивается:

– Тебе, Пашка, хворостину не покажи – с места не стронешься.

Всхрапнул конь обиженно да как припустит напоказ – у меня коса колом назад встала!

Кощей коня осаживает, плеткой охаживает:

– Ах ты, волчья сыть, травяной мешок, куда тебя черти несут, не ровен час, сызнова споткнешься, потом оправдываться будешь!"

"– Ну ты и жлопамятный, хожаин! – ржет конь, на трусцу переходя.

 – У меня, может, дар веш-ший – шпотыкатша, когда дома што неладно! Вшпомни, как я шпоткнусь, так в тереме труп и шышшут!

– Будет врать-то, Пашка, ты через раз спотыкаешься! По тебе судить – у меня окромя жен разом вся челядь с дружиной перемерла!

– Ну, не вшегда шрабатывает, а тад—веш-ший! – не сдается конь.