"Расследования Екатерины Петровской и Ко". Компиляция. Книги 31-50

Если мы докажем, что те машины в лесу на шоссе принадлежали им, что контейнер тоже их, то напрашивается вывод. Они что-то тайком пытались вывезти. А им кто-то помешал.

– Август, тут все у вас логично, – сказала Катя. – Но почему вы связываете инцидент в Райках с тем, что ночью случилось в Ховринской больнице?

Долгов молчал, потом выключил компьютер.

– Я так и не понял до сих пор, что там произошло. Вот, может, запись с телевизора гляну, что ты сделала, – Гущин усмехнулся. – Вообще стар я уже для таких приключений. Это как фильм «Парижские тайны», я его пацаном смотрел, там Жан Маре все по канализации шастает, кого-то там ловит.

А мы вот никого в этой чертовой развалине не поймали. И не видели никого. Только учуяли.

– Да, тот запах… – Долгов достал из кармана нового щегольского пиджака бумажную салфетку и вытер липкую от шоколада руку. – Мы когда допрашивали этого паренька, ну, их вождя-заводилу…

– Клочков его фамилия, Даниил, я себе записал, – сказал пунктуальный в таких делах Гущин.

– Да, так вот он признался, что сначала просто дурил этих своих ходоков, пугал их всячески. А потом, когда они увидели объект, они все и он в том числе испугались всерьез.

– То, что они не на шутку перепугались, это прямо в глаза бросалось там, в Ховринском управлении, во время их допроса. А затем они начали давать интервью. Рассказы один чуднее другого, вы послушайте, что они говорили, я все вчера записала, – Кате хотелось, чтобы они оценили ее работу.

Но Август Долгов, кажется, думал совсем о другом.

– Надо бы повторно допросить этого Клочкова, – сказал он. – Может, он вспомнит еще какие-то детали, факты?

Кате показалось, что Гущин (неизвестно о чем размышляющий в процессе поглощения шоколадной плитки) скажет: этим вы и займитесь, коллега.

Но Гущин приказным тоном объявил:

– Поедем прямо сейчас снова туда.

– В Ховринскую больницу? – испугалась Катя.

– Нет, в Райки, на аэродром. Он снова открыт, работает. И военных там уже нет. Нитка, говоришь, оборвалась, след мы потеряли? – он обращался к Кате. – Тут такой след интересный замаячил, что же вы, молодежь, ребятки, его проворонили-то?

– О чем вы говорите, Федор Матвеевич? – спросила Катя.

– Да эти заказчики полета из «Биотехники» чем занимались, каким проектом? «Востоком» в Антарктиде.

А этот парень Лыков Иван с пленки, который в ту самую пятницу, когда они полет почему-то отменили, вдруг явился в Райки немедленно вертолет зафрахтовать, он где работал? Что там твой приятель Мещерский о нем говорил? На антарктической станции «Восток». Инженер он, полярник. Это что, не нитка вам из клубка? Кстати, он помогать вроде как нам взялся, этот твой приятель Мещерский. Что он про Лыкова, родственника своего, узнал?

– А он мне еще даже не звонил, – Катя внезапно встревожилась.