Ромашка для Терновника

Как знал, как знал… Стоило одной из них упасть мне в ноги — и всё, кукуху сорвало. Проснулся первобытный защитник, собственник, и психовать я начал уже тогда, когда особи мужского пола обнимали её, вручая подарки. Необъяснимая ревность и нежелание, чтобы её кто-то касался, очень меня удивили и заставили в итоге так сорваться. Вёл себя как насильник какой-то. А ведь, похоже, Стася девственница. Слишком узенькая щёлочка, еле палец ввёл, а напряглась как, хоть и вся мокрая была. А ещё она совершенно неопытная, даже целоваться толком не умеет, стесняется очень естественно… Эх, зря я сейчас вспомнил, с каким наслаждением хозяйничал в её трусиках. Зря, только успокаиваться начал — и вот опять!

Кстати, а почему она девственница? Это очень странно и удивительно. Она же живёт с барменом из «Волны». Я это точно знаю, может, он гей? Это бы всё объяснило.

— Супермаркет, — вывел меня из задумчивости водила, припарковавшись на пустой стоянке у магазина. — Жди, я быстро.

В магазине тоже было пусто, только продавцы делали вид, что не спят на рабочих местах, пришлось будить. Купил большую коробку конфет, к ней добавил ещё «Рафаэлло», торт какой-то схватил, готовый букет в цветочном. Идиот. Разве этим исправишь то, что наделал? На всю жизнь запомнит двадцатилетие Ромашка. Довел девчушку до слёз в день рождения, и за что? За то, что не дала! Мудак, да и только. Тьфу…

Подъехав к подъезду Стасиного дома, велел таксисту ждать, не думал, что кто-то меня надолго оставит у себя в гостях. Отдам цветы, сладости, попрошу прощения и свалю посыпать голову пеплом в свою берлогу. Номер её квартиры я знал — ещё месяц назад выяснил, код тоже вычислить проще простого, так что до двери добрался беспрепятственно. Осталось только, чтобы она мне открыла и выслушала.

Закрыл дверной глазок букетом и нажал на звонок, молясь про себя, чтобы Ромашка подумала, что это явился сожитель, и впустила, а там… Уж я постараюсь, найду слова.

Войдя в квартиру, скинула ботильоны, плащ и устремилась в ванную — хотелось смыть с себя сегодняшний вечер и прикосновения Тернева. Нет, не потому что противно, а чтобы не напоминали о том стыдном, что между нами произошло. Слова его злые, брошенные напоследок, и вообще хорошо бы и его самого выбросить из головы.

Сделала воду погорячее и, встав под душ, принялась тереть тело мочалкой до красноты, но это совершенно не помогало избавиться от крамольных мыслей. Они всё лезли и лезли, напоминая, что мне понравилось сидеть на коленях развратного самца и наслаждаться его прикосновеньями! Как же мне понравилось всё, что он делал! Но этого мало! В какой-то момент мысли вообще свернули не в ту сторону.