Самец причесанный

Я прижалась щекой к его щеке. Богиня, как хорошо!

– Мы можем заключить помолвку, – сказал он. – В моем мире есть такой обычай. Мужчина и женщина объявляют о намерении вступить в брак через год… в нашем случае пусть будет два. В это время они считаются женихом и невестой и могут встречаться, когда пожелают. Идет?

– Подожди здесь! – воскликнула я.

Соскочив с его колен, я подбежала к столу. Пергамент, заостренная камышинка, чернильница… Лаура учила: хорошее предложение надо фиксировать сразу. Потом передумают! Пока писала, он послушно сидел. Присыпав текст мелким песком, я стряхнула его на пол и подозвала Игрра.

– Я, принцепс и цензор Ромы Флавия Авл, настоящим объявляю, – начал он, – что заключила с сенатором Игрром Офсянникофф соглашение о помолвке. С этого дня он является моим женихом, а я – его невестой. Так будет продолжаться два года, после чего мы вступим в законный брак.

– Правильно? – спросила я.

– Годится! – согласился он.

– В связи с этим сенатор обязуется. Первое: не жениться ни на ком, кроме принцепса…

Игрр почесал в затылке и пожал плечами.

– Второе: не делить ложе с другими женщинами, за исключением законных жен. Это лишнее! – сказал он. – Лиона – преторианка, Виталия – «дикая кошка». Если вздумаю изменять, выпустят кишки!

– Ты можешь с ними развестись. Что тогда?

– Хм! – согласился он. – Разумно. Пункт третий: сенатор обязуется сопровождать принцепса при официальных церемониях, а также навещать ее каждые три дня. Почему три?

– У тебя две жены и одна невеста. Каждой по дню. Это справедливо.

– А если я заболею? – спросил он. – Меня потащат к тебе на носилках?

– Больного я навещу сама.

– А если мне нужно уехать?

– Спросишь позволения.

– Вот оно что! – сказал он, вглядываясь в пергамент. – А и я не знал, что снова в рабстве. Меня вроде утвердили сенатором. Вот еще интересный момент: «В этот день жених разделяет с невестой трапезу. При этом голова невесты лежит на его груди, а он – ее кормит. Жених обязуется гладить невесте спину, говорить ей ласковые слова и носить ее на руках». Ты это всерьез?

– Конечно! – сказала я.

– Тогда добавь, какое количество ласковых слов я должен тебе сказать. Не забудь их перечислить. Я выпишу их и повешу на стену, чтобы не забыть. Напиши, какими блюдами я должен тебя кормить. Ложкой или с рук? Когда я должен гладить тебе спину: перед трапезой или после? Должен ли я вдобавок петь и плясать, и если «да», то какие песни и танцы?

Я насупилась. Зачем он издевается? Ведь если не записать, то он не станет делать.

– Давай так! – продолжил он. – Завтра, представляя меня в курии, ты объявишь о помолвке. Мы будем встречаться, как сложится. Ты всегда сможешь пригласить меня в гости, и я, если буду свободен, приду.