Сами мы не местные

— Слушайте, — говорю, подсаживаясь к Ажгдийдимидину, — у нас Арон загулял. Пошёл на охоту сразу как Азамат прилетел, и пока не возвращался. Я не хочу Азамату создавать повод для беспокойства, но… как думаете, с ним всё в порядке?

— А он не говорил, надолго ли пошёл? — спрашивает Унгуц.

— Мне — нет. Если и говорил, то сыну, а из него ж слова не вытянешь. Но вещей Арон вроде бы не брал. В смысле, чтобы ночевать…

— Он местность-то знает? — встревает подошедший к нам Онхновч, и шумно отхлёбывает из чашки с очередным чаем из гербария.

— Откуда бы? — говорю. — Он тут вчера вечером впервые оказался.

— Ну, а Азамат ему рассказал, что тут где?

Пожимаю плечами. Я понятия не имею даже примерно, было ли у Азамата время вчера с Ароном пообщаться, и совсем не хочу о своих приключениях рассказывать посторонним.

— Не знаю, удалось ли им вчера поговорить, Азамат был занят…

— Ну насчёт зияний-то уж точно сказал!

— Каких зияний?.. — моргаю.

— Так называются входные отверстия туннелей, — подключается незнакомый мне мужчина, высокий и жилистый.

Я медленно перевариваю сказанное.

— То есть тут тоже есть туннели, и Арон мог в них провалиться?

— А что, неужели Азамат вам не говорил? — удивляется мужчина.

— Да я не уверена, что он сам знает.

— Ну вы даёте! — фыркает Онхновч. — Вы что же, думали, такое красивое место до вас никто не занял просто так? Да если б не зияния, тут бы уже давно город стоял! Не может быть, чтобы Азамат об этом не слышал.

— Может и слышал, я откуда знаю, — хмурюсь я. — Мне не говорил, это точно. Но он эту землю получил на следующий день, как мы поженились, ему было не до географии… Потом, он так обрадовался, когда я согласилась, чтоб он мне отдельный дом строил — наверное, когда я место указала, решил не разочаровывать.

Я внезапно чувствую острую потребность защитить мужа, хотя самой весьма любопытно, знал он или нет. Старейшина-духовник незаметно тянет меня за рукав, и я замолкаю. Он показывает мне записку: «Успокойся, никто не сомневается, что твой муж самый умный». Нет, всё-таки у меня очень правильный духовник, он действительно умеет возвращать мне душевное равновесие.

— Так что с Ароном делать будем? — я возвращаюсь к более животрепещущей теме, чем репутация Азамата.

— А чего с ним сделаешь? — философски пожимает плечами Онхновч. — Если он никуда не провалился, то сам придёт, а если провалился, мы его всё равно не достанем. Выпадет где-нибудь в другом месте.

— Ага, через пару лет! — киваю я.

— Или сто лет назад, тут уж как повезёт. Но если мы сейчас по темноте пойдём его искать, то сами все попроваливаемся, а толку никакого не будет. У нас ведь даже карты зияний нет. Так что лучше помолиться и спать пойти.