Сборник "Приграничье" (1-5 чатси)

 — Макс раскрыл коробочку, за шнурок достал медный диск с вычеканенным на нем открытым глазом и, расстегнув ворот полушубка, повесил на шею.

— Ну и как? — спросил Ветрицкий.

— Что как? — отозвался Макс и заметно вздрогнул. — Что за… Я же собственными глазами поляну видел…

— Не верь глазам своим, — усмехнулся я. — Поехали, и присматривайте что-нибудь для стоянки пригодное.

Подходящая поляна обнаружилась метров через двести дальше по тропе. В этом месте опушка леса была шагах в десяти от дороги, и кто-то не поленился срубить пару сосен и сложить на свободном месте стволы так, что на них вполне можно было расположиться.

— Коля, займись костром. Я посмотрю, что на обед сготовить.

— Во, блин, я именно эту поляну видел. — Макс рухнул прямо на снег и с блаженным видом закинул руки за голову. Я усмехнулся, открыл вещмешок и начал перебирать продукты.

— Не лежал бы ты на снегу — спину застудишь. — Николай насобирал веток и занялся растопкой костра.

— Я? Да никогда. У меня ж полушубок из шкуры серка, — погладил ладонью рукав полушубка Макс, но тем не менее встал и уселся на бревно.

— Это что за зверь? — Ветрицкий безуспешно щелкал зажигалкой, пытаясь зажечь щепки. Наконец появился маленький язычок пламени, сухие иголки с легким треском вспыхнули, а следом занялись и ветки. Я достал котелок, наполовину наполнил его чистым снегом и, пропустив ветку через дужку, подвесил над костром. Потом забрал второй котелок у Макса и тоже пристроил над огнем. Для чая.

— Хомяк саблезубый, — на полном серьезе ответил Макс.

— Да ну? — не поверил Николай. — Что-то я о них ничего не слышал.

— Их мало осталось. У Форта всех повывели, а они в основном в развалинах домов норы роют.

— Слышь, юный натуралист, ты чай взял? — окрикнул я Макса.

— Нет. Но зато кофе почти полную банку вытряс.

— И то хлеб. — Я помешал закипевшую воду и высыпал в котелок два пакета горохового супа. Мне больше чай по вкусу, но и от кофе не откажусь.

— Там еще шоколадные батончики должны быть. По паре на брата. — Макс достал упаковку галетного печенья, вытащил из кармашка рюкзака ложку и придвинулся к костру.

— Обожди, пока сварится, — остановил я его, не обратив внимания на смешок Николая. Шоколад — это хорошо. Плохо только, что в батончике его мало.

— Угощайся. — Николай протянул Максу открытую пачку сигарет.

— Благодарю, уже два месяца, как бросил, — отказался тот.

— Сила воли у тебя, однако. — Ветрицкий выщелкнул из пачки сигарету и достал зажигалку.

— Сила воли и отсутствие денег — это куда круче, чем просто сила воли.

— Не скажи.