Сборник "Приграничье" (1-5 чатси)

Растолкав собравшихся селян, он бесстрашно подошел к оборотню, осмотрел тело и, упершись ногой ему в спину, вырвал стрелу. Серебряный наконечник полностью покрывали черные и зеленые окислы. Воткнув стрелу опереньем в снег, целитель перевернул труп и по толпе пробежал шепоток. Я подошел поближе и, разглядев лицо — уже именно лицо, а не волчью морду — присвистнул. Перекошенная предсмертной судорогой физиономия была знакома. Бояринов! Что ж, не могу сказать, что меня это сильно удивило.

— Мертв, — вынес диагноз целитель. Народ сунулся поближе к трупу, но оставшийся ополченец взмахами дубинки и матом заставил всех отойти назад.

— Столько бабок коту под хвост… — с какой-то непонятной интонацией процедил стоящий рядом Алик.

— Сколько… Сотню всего, — вспомнив про награду, положенную Ветрицкому, хмыкнул я.

— Какую сотню? — резко развернулся ко мне Игорек и презрительно прищурился.

— Награда за оборотня сотня золотом, нет? — Что-то я совсем ничего не понимаю.

— Награда, — кривляясь, протянул Игорь. — Да кому нужна эта награда? Думаешь, Айболит или Тема Жилин с пацанами из-за этих грошей сюда приехали?

— А не из-за них? — Я не стал обращать внимания на оскорбительный тон.

Пока не стал. Тон в папку не подошьешь. К тому же он дело говорит, сто рублей золотом и в самом деле сумма для этих товарищей плевая. Но из-за чего тогда они сюда все собрались?

— Ну ты и тормоз! Сказали же — нет. — Рыба отвернулся к Алику. — Пошли, калеку проведаем.

— Из-за чего тогда? — очень вежливо спросил я, перехватив собравшегося уходить парня за рукав. Тормоз, значит. Ну-ну. Подошел Николай и с луком в руках остановился у меня за спиной.

— Ты хоть представляешь, сколько стоят печень или поджелудочная железа оборотня?! — вместо Рыбы прорычал Игорек и кулаком толкнул меня в плечо.

 — А простата? Да за нее брюликов дают в десять раз больше ее веса!

— В чем проблема? Труп вон лежит, — кивнул я на оборотня. — Ищите покупателей, и четверть ваша.

— Да кому эти потроха теперь нужны?! — брызнул мне слюной в лицо Игорек. — Там серебра столько осело, что ты, дебил, за них даже десяти копеек с пуда не получишь!

— Коля, ты десятку с них уже получил? — Я едва сдержался, чтобы не схватиться за нож. Ничего, пусть только попробуют долг зажать.

Будет повод их на куски порезать. И ни один ополченец мне слова поперек не скажет.

— Нет еще. — Ветрицкий взглянул на пробившую листок бумаги стрелу и широко улыбнулся.

— Десятку гоните, — вплотную придвинулся я к Игорьку.

— Алик, отдай, — сделав шаг назад, распорядился тот. Алик порылся в карманах, вытащил комок мятых банкнот и вложил в протянутую руку Ветрицкого.

— А теперь валите отсюда, пока я вас резать не начал. — Я сделал еще один шаг к переглянувшимся парням.