Сборник "Приграничье" (1-5 чатси)

Выйдя из подъезда, я начал высматривать выброшенный браслет — не дело такие улики оставлять. Куда-то он вон туда отлетел. Точно помню, что туда. Может, за кирпичи закатился? А это что за писк? Выбравшаяся из-за сваленных в кучу битых кирпичей крыса беспрерывно попискивала и пыталась ползти, хотя задние лапы у нее уже не действовали. Из глаз, пасти и ушей сочилась кровь, а под шкурой набухали жуткие отеки.

Что за напасть? Уж не от браслета ли это? Пойду-ка я отсюда. Фиг с ним, с «Хамелеоном», с собой его все равно не потащу. Подбежав к поваленному забору стройки, я осмотрелся по сторонам и выскочил на дорогу. Надеюсь, никто не видел, как я тут круги нарезал.

Вроде, никого. А это еще что такое?

У центрального входа в «Гавань» кто-то бросил белую «шестерку», даже не озаботившись захлопнуть переднюю дверь. Впрочем, особого смысла в этом не было — заднее стекло заменял натянутый кусок полиэтиленовой пленки. Да и вид у автомобиля донельзя убитый — его больше толкать придется, чем на нем ехать. И все же, учитывая дефицит бензина и цену на него, миллионер подпольный приехал, не иначе.

— Вам передали, — шкафоподобный служитель гостиницы с крайне недовольным видом выложил на стойку заклеенную скотчем коробку из-под обуви.

— Спасибо. — Не поднимая коробку со стойки, я подергал ее из стороны в сторону. Шуршит что-то. Если шуршит, значит, не бомба. — Кто?

— Не представились, — демонстративно отвернулся распорядитель.

— Не появлялся еще? — выскочив из служебного помещения, спросил у него Гриша и, мгновеньем позже заметив меня, взорвался: — Да где тебя носило?!

— А что такое? — сунул под мышку обувную коробку я.

— Тебя же Илья предупреждал, что сегодня у нас дела!

— Все, поехали. И так уже опаздываем, — начал сбавлять обороты Конопатый.

— На кудыкину гору. Ты че тормозишь? На базу поехали. Куда еще? — по новой завелся Григорий.

— Не надо кричать, не глухой, — сам удивляясь собственному спокойствию, я развернулся и пошел к лестнице в подвал. — Там у вас шмотки оставить можно будет?

— Можно. Ты съезжать, что ли, собрался? — перестав орать, спросил Гриша.

— Нет, — вообще-то именно это я и собирался сделать, но не кричать же об этом на всю гостиницу. — Мало ли что понадобится?

— Десять минут тебе на сборы. — Хлопнув откидной крышкой стойки, Конопатый зашагал к выходу на улицу.

— Двадцать, — автоматически поправил его я и, не дождавшись ответа, спустился в подвал. Там открыл свою ячейку, распотрошил коробку из-под обуви и переложил в сумку шесть перетянутых аптечными резинками пачек стодолларовых банкнот. И чего упаковку такую объемную использовали, непонятно.

Поднявшись в свой номер, поставил винтовку в угол, бросил сумку на пол и навзничь рухнул на кровать. Сейчас сдохну.