Я была хорошей женой, но после развода буду плохой бывшей
— Мне давно неприятно прикасаться к тебе, — презрительно говорит. Нет, цедит сквозь зубы. — У тебя не кожа, а сухой пергамент… Я будто с мумией ложусь в кровать.Прикрываю дрожащими пальцами рот, чтобы не закричать, не завыть. — Ты же знаешь… У меня гормональный сбой… Я же лечусь, Паша…Доктор сказал...— Ты сама просила поговорить, — взрывается его высокомерный смешок. — Сама спросила, что не так. Я тебе ответил честно и без лжи. Ты постарела.Закрываю глаза. Кутаюсь в шаль и отворачиваюсь от жестокого Павла, чтобы спрятать слезы Он уже у двери, поправляет галстук — тот самый, что я дарила.— Если ты сейчас уйдешь… к ней… — сипло шепчу я, — то я тебе этого не прощу…
— Носки?
— Для тебя тоже работа есть, — кидаю в пашу мотком красной пряжи, — будешь клубочки у меня наматывать.
— Хорошо, — не спорит. Подхватывает моток шерсти и внимательно ищет ниточку.
Несколько минут любуюсь его профилем. Да, морщины стали глубже, а седых волос на голове меньше, но это все еще мой Паша.
— Нашел, — цепляет кончик ниточки.
Начинает медленно и сосредоточенно наматывать нитки на пальцы.
— Бабуль, — в гостиную заходит наша Катенька. Наша красавица, — курочку поставила…
— Такая хозяйка, а без жениха, — качаю головой.
— Бабуль!
— Да прячет она от нас жениха-то, да, — Паша смотрит на нее из-под очков, — признавайся.
— Да не нужны мне женихи! У меня институт, работа…
— Да ты посмотри на нее! Вся в мать пошла! работа у нее! — в шутку возмущаюсь. — Раз жениха нет, то делом займись, — кидаю в нее мотком зеленой шерсти, — на зиму надо вам всем носки связать. У меня новое хобби.
— Свитер еще свяжи мне, — Паша лукаово косится на меня, — с надписью “Любимый дед”.
— И свяжу же, — я с угрозой щурюсь на него.
— Свяжи, — он улыбается и его глаза вновь становятся теплыми и нежными, — буду носить и не снимать.
Конец"

















