Шадари. Наследница древних

Натан брезгливо выпустил мою руку, развернулся и двинулся прочь. А я осталась стоять, потирая место, где остались отчетливые следы пальцев. Слезы лишь чудом не хлынули из глаз.

За что он так? Неужели и правда настолько низкого обо мне мнения?!

Захотелось немедленно объявить о том, что покидаю команду. Но тогда придется как-то объяснять свое решение. Да и уходить, поджав хвост, тоже не хотелось. Нет уж, я выполню это проклятое задание безукоризненно! А после этого видеть больше не хочу алкара!

С Найей и Питером расставаться не хочется, но как-нибудь переживу.

Безобразное поведение Ящера перевешивает все плюсы.

Злость и решимость помогли справиться со слезами. И я, гордо вскинув голову, двинулась к костру. Только вот общаться с кем-то и делать вид, что мне все нипочем, оказалась не в силах. Так что молча сидела, ела свою порцию кулеша и желала, чтобы мы поскорее тронулись в путь.

Настроение у Натана было отвратительное. Причем чем дальше, тем хуже. Раздражение копилось и копилось, не находя выхода.

Он даже мог сказать, с какого момента все покатилось под откос. После утра, когда ему указали на его место.

Потом было разочарование с Мариан, терзания из-за непонятной забастовки, которую устроило собственное тело. В довершение всего, Натана беспокоил интерес, проявляемый Саймоном Веннером к Найе.

Рано или поздно внутреннее напряжение должно было прорваться наружу. И ожидаемо, что сорвался он на той, кто вызывала особенно сильные чувства. Едва произнеся злые слова про то, что не хочет ее видеть в команде, Натан сразу пожалел об этом. Но гордость и обида не позволили взять их обратно. Да и разум подсказывал, что так и правда будет лучше всего.

Если Эулин не станет постоянно маячить перед глазами, легче будет справиться с чувствами.

Так он сидел, подбадривая себя этими мыслями. А взгляд то и дело обращался к маленькой фигурке, в одиночестве сидящей у реки. И все доводы рассудка разбивались вдребезги от осознания того, что ей сейчас плохо.

Проклятье! Эта девушка и правда сделала из него тряпку! Готов даже пойти и извиниться, чего никогда не делал прежде в отношениях с женщинами. Но его опередили.

Наливающимися все большей яростью глазами Натан наблюдал за тем, как другой мужчина пытается понравиться его истинной.

А ведь Дуглас успел вызвать симпатию! Они с ним быстро нашли общий язык. Теперь же по отношению к нему возникало одно лишь желание – растерзать. Чтобы не смел тянуть загребущие ручонки к чужой женщине.

Чужой? Натан мрачно усмехнулся. А с чего взял, что сам имеет какие-то права на нее? Только потому, что ему так хочется?

Но просто сидеть и смотреть на это не мог. Так что воспользовался первым попавшимся поводом, чтобы подойти и прервать идиллию.