Схватка с судьбой

Ведь никто не знает, чего ждать от уцелевшего зверя.

– Он говорит с тобой? – Майяри очень надеялась на отрицательный ответ, но Лирка печально качнула головой. – Тёмные!

Сильная оборотница с магическим потенциалом выше среднего, в голове которой живёт умерший гениальный маг с весьма неоднозначной ролью в мятеже. С Лирки не слезут, даже если зверя удастся из неё изъять: мало ли что тот успеет ей нашептать.

– Мы почти поладили, – голос Лирки прозвучал так жалко, что Майяри схватила её за плечи и, тряхнув, яростно потребовала:

– А ну, гадина, вылез из неё!

Лицо подруги исказилось, и она яростно прошипела:

– Вытащи, волчье мясо!

Майяри невольно отшатнулась, а Лирка виновато посмотрела на неё.

– И чего ты в ней засел?! – опять разъярилась Майяри. – В… – она резко умолкла, испугавшись напоминать о Дешие, в котором зверь не засиделся: вдруг он решит выйти из Лирки тем же способом.

Лирка откинулась на подушки.

– Оказавшись во мне, он не смог меня порвать. От прежнего тела господина Наэша ему достались звериные инстинкты… и сам господин Наэш. Причинить вред самке он не смог. А затем я, перепугавшись, обернулась медведицей, и он завернулся во внутренний мешок, где всегда хранится одна из ипостасей, и намертво привязался к нему.

Майяри торопливо припомнила, что рассказывал Ранхаш о внутренних мешках оборотней.

– Умирать? – повторила Майяри.

Подруга устало кивнула.

– Его материальное тело было сильно истощено голодом, и он держался только на силе Тёмного духа. Но во мне он эту силу проявить не может.

– Так чего он не сдох?

Лицо Лирки опять исказилось, и она оскалилась.

– На желании отведать твоего сладкого мяса выкарабкался.

Оборотница досадливо поморщилась, что-то пробормотала под нос и отмахнулась.

– Это медведица, – наконец ответила она. – Она поделилась с ним своей массой, почти треть отдала. Она… очень великодушная. И зверь стал уже не просто привязан к внутреннему мешку. Он, по сути, слился с нами телесно.

Майяри немного успокоилась. Потусторонняя тварь хотя бы не могла повторить тот же фокус, что провернула с Дешием. Но дело обстояло ещё хуже, чем ей думалось. Как теперь вытащить из Лирки так крепко впиявившегося в неё подселенца?

– А недавно он переместился на звериную сторону мешка и теперь может выходить вместе с медведицей, – совсем уж убито призналась Лирка.

По её лицу прошла волна судороги, но завладеть языком духу не удалось.

– А печать… Из-за зверя у меня изменился запах, а печать убеждает всех, что пахну я так же, как и прежде. Это господин Руахаш подсказал.

Майяри удивлённо вскинулась.

– Он со мной тогда в кабинете господина Шереха долго говорил, и я ему всё рассказала.