Схватка с судьбой

Наверное, поэтому Майяри относилась к Плетущей Косы если не с доброжелательством, то хотя бы с терпением. Хотя знала, что Зиярелла сообщает деду каждое её слово.

– Госпожа, – Харана ещё выше вскинула подбородок, – мы пришли, чтобы помочь вам. Это наша обязанность.

– Я не приказывала, – почти спокойно отозвалась Майяри.

Своё главное представление перед мужчинами общины она отыграла. Показывать свою силу ещё и перед слабыми женщинами она не собиралась.

А всё же как просто устроена община. Все понимают и уважают только силу. Одну лишь её. Можно не напрягать голову, измысливая, как вызвать уважение.

Покажи силу! Поставь на место! Переломай кости, если нужно!

В Салее сложнее. Майяри помнила, с какими трудностями встретилась в первый год жизни на равнине. Старые методы не помогали. Здесь если более сильный выказывал тебе пренебрежение, то и остальные перенимали это отношение. На равнине же в большинстве случаев подобное поведение считали высокомерным. Приходилось быть хитрее, чтобы вызвать расположение, и использовать кучу различных средств.

– Госпожа, я не думаю, что это допустимо… – Харана едва губы разжимала.

– Что за тон? – прищурилась Майяри. – Если старейшина мной недоволен, это не значит, что ты, ничтожная, смеешь смотреть на меня с пренебрежением. Ещё раз услышу подобное, и твои внуки развеют на рассвете твой прах. Ясно?

Губы старухи поджались ещё сильнее, взгляд стал злее, но подбородок чуточку опустился. Придираться к выражению лица госпожа не стала.

Молча развернулась, выгребла из атрепана первый попавшийся не слишком броский наряд и направилась к купальне.

– И не сметь ходить за мной, – бросила она напоследок.

Купалась Майяри недолго.

Опасалась, что дед пришлёт лекаря, а этот беспринципный старикашка, пользуясь своим положением, мог вломиться и в купальню. И увидеть кое-что его глазам не предназначенное. Если замужество с оборотнем просто низвело её в глазах жителей общины на самое дно, то сияющий камень в груди они принять никак не смогут.

Майяри подозревала, что дед собирался расторгнуть её брак с Ранхашем. Как он собирался это сделать, для неё пока оставалось загадкой. Может, он считал, что главы двух семей смогут договориться между собой. Право, не ссориться же из-за женщины? Всё же представление о Вотых у деда было несколько неполным.

И Майяри тоже представляла их другими.

А может, он и не думает её разводить? Просто отдаст какому-нибудь чистокровному хаги, дождётся рождения ребёнка и избавится от неё. Но не может же старейшина думать, что Вотые так просто отступят и не будут её искать? Будут! Хотя бы ради собственной чести. Старейшина бы обязательно подумал об этом. Принуждение невестки рода Вотый к сожительству с другим мужчиной… Нет, они не стерпят подобного оскорбления.