След бумеранга

Костя, не вынимая из карманов куртки рук, прыгая через три ступеньки, взлетел на второй ярус. Стас поспешил следом.

Зал был прямоугольной формы с колоннами по периметру, небольшой эстрадой для оркестра и прямоугольником для плясок-танцев. Посетителей было немного. Посторонних посетителей. Те, кто нужно, сидели за П-образным столом и ужинали. Ритуал.

Несколько голов повернулись в направлении зашедшего дуэта. Стас узнал недоструганного Буратино, парнишку в костюмчике, Гамида. Гамид удивленно вскинул брови-сабли и опустил руку со стаканом. Заметив пустующий стул рядом с Пашей Михайловым, авторитетом – крестным отцом. Костя пересек зал и, бесцеремонно оттолкнув двух вставших у него на пути быков, упал на свободное место. Стул стоял в основании буквы «П», как раз напротив сидевшего во главе стола хозяина.

– О, – узнал Гамид бывшего недруга, – Костик. Чего хотел?

– Кто это? – Шкафообразный Паша с пудовым крестом на груди чуть повернулся к бригадиру.

– Так, пристебай местный, Костя Синицкий, а это его корешок, Стасик Малахов, – кивнул Гамид на стоящего у стеклянных дверей зала Стаса. – Эй, Стасик! Ты зачем в ментуру побежал? Белено же было не беспокоить.

К Косте тем временем подошли отодвинутые им качки и пристроились по бокам, зажав в «клещи».

– Чего ему надо? – Паша нацепил на вилку маринованный огурец и отправил в рот.

– Неувязочка, – вполголоса ответил Костя. – Твои ребятки погорячились. Вот это, – указал он большим пальцем на Стаса, – мой человек. Он платит мне.

– Да? – безразлично спросил авторитет. – И кто ты у нас такой? Что за Рембо?

– Он контуженный, Паша, в Афгане малость повредился, не обращай внимания.

– Гамид налил рюмку. – Костик, ты там ларек на проспекте видел? Значками торгует. Сходи купи самый большой, самый белый. С надписью «Мудак». Повесь и не приставай к нормальным людям. Эй, Макс! Выведи товарища, он пьяный.

Один из быков схватил Костю за шиворот, намереваясь оторвать от стула и спустить с лестницы, но вдруг замер, увидев жест Михайлова.

На фарфоровую тарелку, где только что нежился последний маринованный огурчик, с мелодичным звоном упало маленькое колечко. Закрутилось-завертелось и, сделав финальный оборот, замерло в центре.

– Ой, колечко, – благодушно улыбнулся один из качков.

Паша, однако, не улыбался. Он опустил вилку, вытер губы салфеткой, причем сделал это по возможности плавно и медленно, не отрывая взгляда от колечка. Затем так же медленно и осторожно поднял глаза на Костю.

Костя вытащил руку из кармана и, не разжимая кулака, поставил рядом с тарелочкой рифленую, темно-зеленую «лимонку».

– Боевая? – уточнил Паша.

– А то. «Ф-1». Радиус поражения – двести метров. Эй, Стас! Вали в машину и сиди там. Я сейчас! Договорюсь пока.