Случайная жена, или Наследство в подарок

Я остановилась в полуметре от мужчины, практически подкравшись к нему. Протянула руку, желая прикоснуться, но, заметив, как та дрожит, прижала к бедру, собрав в кулак ткань юбки, и, набрав в грудь побольше воздуха, нерешительно позвала:

Мужчина резко повернулся и обезоруживающе улыбнулся. Той самой своей наглой и обворожительной улыбкой.

— Мы знакомы? — послышался родной хриплый голос, а сам Богдан вздернул брови, словно ожидая от меня пояснений.

Что я должна была ему сказать? Это я? Кто я? А он-то сам кто? Перед глазами все поплыло, и я часто-часто заморгала, боясь разомкнуть губы. Не веря ни своим глазам, ни ушам.

— Девушка, с вами все в порядке? — С красивого и до боли знакомого лица пропала улыбка, в светло-зеленых глазах показалось беспокойство, а между бровями залегла складка.

— Богдан? — как дурочка повторила я очевидное. Зачем-то спрашивая. Хотя я и так знала ответ на этот вопрос.

— Это мы уже поняли, — опять улыбнулся он, а я почувствовала себя Олей, попавшей в зазеркалье. Королевство Кривых зеркал какое-то. — Маринка, это твоих рук дело? — еще шире улыбнулся Богдан, взглянув мне за плечо, я тут же ощутила чужие руки на плечах и сладкий шлейф цветочных духов. Марина.

— Что такое, Богданушка? — раздался веселый голос позади меня, и я поняла, что еще не чокнулась. Не увидела призрака. Потому что Марина его тоже видела.

— Свободных мест на фотосессию, к сожалению, нет, — в который раз улыбнулся абсолютно беззаботной улыбкой Богдан и подмигнул нам. — Ладно, девочки, веселитесь, за мной приехали уже.

На этих словах он резко повернулся и, сделав два размашистых шага, распахнул пассажирскую дверь и сел в черную машину. Возможно, такси, а может и…

Господи, о чем я вообще думаю?

— О чем он говорил? — спросила, глядя вслед сорвавшейся с места машине.

— А! Так он же фотограф. Самый лучший в городе. Обожаю его.

— А зовут его как? — спросила механически, совершенно не понимая, откуда во мне брались силы поддерживать голос и тон. Как с моих глаз до сих пор не скатились слезы, которые все это время стояли в них?

— Богдан Хабаров. Это его фотографии висят…

— В вашем ресторане, — перебила я Марину, а потом все же по правой щеке скатилась слезинка. Следом по левой, и я, быстро смахнув соленые дорожки, попрощалась с девушкой и поспешила в отель.

Опять обходным путем, через набережную, спустилась к темной воде, зашла в нее по щиколотки, намочив сандалии и совершенно ничего не соображая.

Это вообще что было?

Ну не брат же близнец?

Нет-нет. Тогда бы он не был Богданом.

Добрела до ближайшего сквера и села на скамью. Через дорогу за поворотом был мой отель, но я не хотела туда идти. Я вообще никуда не хотела идти. Прикусила кулак, скинула сандалии и, подняв ноги, прижала колени к груди.