Смерть приходит в Марлоу

– Почему вы не обратились в полицию?

– Я не думала, что он всерьез намеревался претворить свой план в жизнь. Потом уже было слишком поздно. Тристрам сам убил своего отца. Я не имею отношения к смерти Питера.

– Очень хорошо. Если это правда, то как он это сделал?

– Я задала единственный вопрос, который имеет значение. По вашей версии событий, Тристрам в одиночку убил своего отца. Как он это сделал?

– Как я вам и сказала несколько дней назад. Думаю, Питер не был мертв после падения стеллажа, когда я проверяла его пульс.

– Да, вы поступили очень умно, предложив нам такую версию. Именно тогда вы решили спасать собственную шкуру и бросить Тристрама на растерзание полицейским?

– Никакого другого логического объяснения у меня нет, – сказала Дженни, проигнорировав вопрос Джудит. – Питер был еще жив, когда мы подняли стеллаж. А после ухода всех гостей Тристрам вернулся в эту комнату и прикончил отца.

– Замечательная теория, я согласна. Если бы не три маленькие детали. Во-первых, как стеллаж упал на сэра Питера, если он был в кабинете один? Крупная мебель едва ли каждый день падает на своих невнимательных хозяев. Во-вторых, вскрытие показало, что сэр Питер умер от полученных травм практически мгновенно. Он умер задолго до того, как мы нашли эту комнату, сломали дверь и подняли стеллаж. И мы все видели его тело. Его рука была вывернута под странным углом, пальцы – переломаны. Он и правда был мертв.

Глядя на Дженни, Джудит чувствовала себя весьма довольной собственной смекалкой.

– Вы сказали, есть три детали.

– Ах да, конечно! Ваша теория не объясняет, как молоточек оказался в камине.

– Да перестаньте вы уже говорить про этот молоточек!

– Но вы сами сказали, что от полученных травм он умер мгновенно.

– О да, и это правда. Слово «драматичный» очень важно для того, чтобы понять, что же все-таки произошло в тот день. Вы с Тристрамом спланировали убийство, как режиссеры планируют свои театральные представления. И, как и в театре, вам сначала нужно было подготовить сцену. Именно поэтому леди Бейли увидела, как Тристрам выходил из дома незадолго до смерти сэра Питера. Видите ли, пока все мы веселились в саду, Тристрам был в кабинете отца. Он задернул шторы и запер дверь, но, как нам сказал Крис Шеферд, после ссоры с сыном сэр Питер завел привычку запирать дверь в кабинет, поэтому никто бы не удивился, что она закрыта. Тристрам также смазал дверные петли маслом, чтобы никто не услышал, как открывается и закрывается дверь. Он выбрал довольно экстравагантное средство – оливковое масло, – но хватило и этого. Тристрам даже предусмотрительно стер свои отпечатки с масленки, прежде чем вернуть ее на кухню.