Смерть со школьной скамьи

Слухи о новых, очень эффективных методах физического воздействия доходили до ментов, и они некоторые брали на вооружение. Я совершенно точно знаю, что игру в «трясучку» в начале 1970-х годов придумали вовсе не в милиции.

И еще. В январе этого года вор по кличке Пепсик по пьяному делу разболтал, кому продал украденную в гардеробе кинотеатра «Аврора» каракулевую шубу. Вместе с шубой изъяли вещи по другим кражам. Трех подельников Пепсика арестовали. Я лично был свидетелем, как в нашем кабинете Пепсик задрал одежду и попросил Матвеева:

— Васильевич, войди в мое положение! Врежь мне чем-нибудь по спине пару раз.

В камере скажу, что вы со мной в «электрика» играли.

Соседи по кабинету встречали меня как триумфатора.

— Садись, Андрей Николаевич. — Матвеев показал на накрытый стол. — Уже второй раз на неделе я из-за тебя до дома не доезжаю. Но сегодня хоть толк был. Две мои кражи и грабеж пошли.

— У всех пошли, — разлил по стаканам водку Елькин. — Вьюгин нам премию пообещал.

— Мне тоже? — спросил я.

— А тебе-то за что? — удивились мужики. — Ты одну коляску раскрыл, остальное все наше!

— Всегда так.

 — У меня испортилось настроение. — А Вьюгин знает, что информацию о притоне я получил? Если бы не я, то вы бы Кота не зацепили.

— Андрюха, мы пошутили. — Матвеев поднял кружку с отломанной ручкой. — Всем премия будет. Ну что, мужики, вздрогнем?

Мы подняли стаканы и кружки, беззвучно сдвинули их, но донести до рта не успели. Дверь в кабинет распахнулась настежь. На пороге стоял белый, как лист ватмана, Зыбин.

— Пьете! — прохрипел он. — Все бы вам водку жрать…

Он замолк на полуслове. Вмиг обессилев, прислонился к косяку. На лбу его проступили капли пота, а губы приобрели синюшный оттенок, как у покойника.

«Так и до инфаркта недалеко, — подумал я. — Сейчас как грохнется на пол, и «Скорую» вызвать не успеем».

— Что случилось, Александр Петрович?

— Вьюгин застрелился, в своем кабинете лежит…

В высшей школе милиции судебную психиатрию преподавал доцент Салиевский, хороший мужик, приветливый, но, как все психиатры, сам немножечко странноватый. На семинарском занятии по теме «Суицид среди сотрудников милиции» Салиевский нарисовал на доске круг.

— Это стресс, — пояснил он, — состояние повышенного нервного напряжения психики человека, влекущее в качестве защитной реакции сиюминутные, противоречивые и зачастую необдуманные решения и поступки.

Стресс преследует сотрудника милиции с первых и до последних дней его службы в милиции. Даже вы, курсанты, уже вкусили чувство постоянной тревоги и неуверенности в завтрашнем дне: не все из вас получат заветные лейтенантские погоны. Кого-то неминуемо отчислят и отправят домой, ждать повестки в армию.

Салиевский заштриховал центр круга.